Psychological characteristics preceding the development of homosexuality

全文:

Актуальность Подавляющее большинство исследователей сходятся во мнении, что гомосексуальное влечение берет свое начало в детстве, задолго до манифестации сексуального поведения. Своеобразным маркером, указывающим на возможность формирования гомосексуальности, считается нарушение идентичности у детей. Международная классификация болезней 10 пересмотра (МКБ-10) свидетельствует, что «в юношеском возрасте и позже у мальчиков с расстройством половой идентификации в 1/3-2/3 случаях проявляется гомосексуальная ориентация» [4, с. 213]. Австралийские ученые, занимавшиеся исследованиями детства гомосексуалов, выяснили, что только 29,5 % геев практически ничем не отличались от представителей гетеросексуальной выборки в детско-подростковом возрасте, а у остальных наблюдалось выраженное феминное поведение или недостаточная маскулинность [9]. Примерно с четырехлетнего возраста будущие гомосексуалы ощущают, что в чем-то отличаются от сверстников. По результатам исследования, они более чувствительны, ранимы, плаксивы. У таких детей значительно больше эстетических интересов: многие любят музыку, интересуются искусством и тянутся к таким же чувствительным, утонченным мальчикам, девочкам или взрослым. Значительная их часть гораздо менее агрессивна и не стремится к соревновательной деятельности, а в мальчишеской компании такие ребята зачастую оказываются аутсайдерами [8]. Определения «отличающийся» и «феминный» наиболее часто используются взрослыми гомосексуалами, когда они говорят о своем детстве [10]. Уникальные лонгитюдные пятнадцатилетние наблюдения Ричарда Грина показали, что три четверти «феминных мальчиков» оказались потом гомо- или бисексуальными, а игры в куклы и женские роли наиболее существенно коррелировали с дальнейшей гомосексуальностью [7]. Столь четкое соотношение между особенностями «прегомосексуальных» детей и взрослой гомосексуальностью часто рассматривается исследователями как причинная связь [3, 6], а ряд авторов уверен, что феминное поведение объясняется нейроэндокринной предрасположенностью [5]. Материал и методы исследования Объектом исследования стали 490 гомосексуальных мужчин (средний возраст - 23,3 года), и 235 мужчин с гетеросексуальной ориентацией (средний возраст - 23,1 года), ответившие на вопросы анкеты, одним из блоков которой были положения, касающиеся наличия и изменения поведенческих и гендерных особенностей начиная с детского возраста. На каждый из 18 пунктов, входящих в этот блок, существовало шесть вариантов ответов: 1) «никогда не было»; 2) «было до 7-8 лет»; 3) «было до 12-13 лет (до пубертата)»; 4) «было в период подросткового возраста»; 5) «было до 18 лет»; 6) «было всегда». Математико-статистическая обработка данных проводилась пакетом статистических программ SPSS 11.0. for Windows. Для анализа существования статистической зависимости между сексуальной ориентацией и личностно-поведенческими проявлениями в детстве использовался тест χ2, проводился факторный анализ. Результаты и обсуждение По всем 18 рассматриваемым пунктам анкеты тест χ2 продемонстрировал значимые различия между гомосексуалами и гетеросексуалами с вероятностью р < 0,001, что показало значимое преобладание гендерного нонконформизма или поведенческого своеобразия в гомосексуальной группе. Почти половина гомосексуалов когда-либо ощущала себя психологически ближе к лицам женского пола. Однако стремление называть себя женским именем и предпочтение общаться с лицами младше себя оказались наименее свойственны гомосексуалам (для каждого пятого и каждого третьего гомосексуала соответственно). Наиболее распространенным ответом на все вопросы среди гетеросексуальных мужчин оказывался вариант «никогда не было» (73,2 %). Серьезно отличались от общей тенденции лишь ответы на вопросы о предпочтении общаться с лицами старше себя и об оценке субъекта окружающими как «симпатичного» и «ласкового». 11,5 % гетеросексуалов подтвердили, что в дошкольном возрасте играли в куклы, «дочки-матери», а 7,2 % до пубертата были объектом отвержения или насмешек. Большой интерес представляет возрастная динамика проявления личностных и поведенческих особенностей в гомосексуальной выборке. До 7-8 лет гомосексуалам, как выяснилось, были наиболее свойственны неприятие драк и мальчишеской возни (74,3 %), предпочтение общества девочек (66,3 %), игры в куклы (64,7 %), желание петь и танцевать (57,2 %), избегание шумных игр и спортивных занятий (53,1 %). Остальные параметры встречались в гомосексуальной выборке реже чем в половине случаев. В младшем школьном возрасте и препубертате количество гендерных акцентуаций у гомосексуалов несколько снижалось. На одинаковом уровне с дошкольным сохранялись только «неуверенность в себе и повышенная душевная ранимость» (47,8 %) и «стремление к одиночеству» (25,9 %). В подростковом возрасте у лиц с формирующейся гомосексуальностью наблюдалось временное, но достаточно выраженное заострение личностных особенностей и гендерной нонконформности (по 13 параметрам из 18). Наибольший прирост наблюдался по вопросам, касающимся предпочтения общаться с лицами старше себя (с 30 до 64,7 %), убежденности в своей «симпатичности» и «ласковости» (с 44,1 до 68,8 %), интереса к шитью и приготовлению пищи (с 37,6 до 65,3 %), стремления к одиночеству (с 25,9 до 46,8 %), а также психологическому ощущению себя «больше женщиной, чем мужчиной» (с 18,2 до 35,3 %) и повышенному интересу к косметике (с 26,3 до 42,9 %). Несколько уменьшились предпочтения в ношении женской одежды и украшений, избегании шумных игр, спортивных занятий, снизилось стремление к обществу девочек. В группе гетеросексуальных мужчин в дошкольный период наиболее характерным было стремление к общению с лицами старше себя (22,6 %), желание петь и танцевать (20,0 %), ощущение себя «ласковыми и симпатичными» (23,4 %). На эти характеристики в препубертате указывало меньше респондентов, но количество утвердительных ответов, касающихся подросткового возраста, по указанным пунктам заметно выросло (37,0 %; 24,2 % и 34,0 % соответственно). Факторный анализ в гомосексуальной выборке выделил 4 показателя: «идентичностные проблемы», «коммуникативные проблемы», «поведенческая феминность (гендерный нонконформизм)» и «тяга к старшим». Сравнение факторной структуры двух выборок показало, что ведущими особенностями для прегомосексуальных мальчиков были проблемы идентичности, а в контрольной группе на первый план выходили коммуникативные проблемы. Подводя общий итог, следует отметить, что среди гомосексуалов гендерные особенности отрицал только один мужчина, а в гетеросексуальной выборке аналогичные проблемы встречались редко, носили преходящий характер, чаще всего появлялись лишь на одном из возрастных этапов. Специального объяснения требует динамика гендерных отклонений при прохождении через различные возрастные этапы. В 3-5 лет дети минимально включены в гендерную схематизацию и потому ведут себя наиболее естественно, в соответствии со своей внутренней (конституциональной) сущностью, непосредственно выражают свои желания и чувства. До наступления пубертата выбор поведения (в том числе и относимого к гендерному) представляет собой, прежде всего, реализацию личностно-характерологических особенностей ребенка, которые могут не совпадать с требованиями гендера. В процессе социализации ребенок постепенно усваивает и все больше ориентируется на правила поведения, отвечающие его гендеру («как должно вести себя мальчику»). В результате этого в младшем школьном возрасте наблюдается большая корректировка собственного поведения в соответствии с гендерной схемой [1], то есть мальчик старается «быть как все», вести себя в рамках установленных правил. Поэтому и наблюдается зафиксированное нами снижение процента атипичного гендерного поведения. В пубертате заново переосмысливается меняющееся в сторону «взрослости» тело, все поведение теперь оценивается с точки зрения гипотетического объекта любви и своей «мужской нормативности». Психологическое давление и боязнь выглядеть неадекватно побуждает гетеросексуальных подростков искоренять в себе реальные и мнимые признаки женственности и активно демонстрировать маскулинность, что обычно выражается через гипертрофированную грубость, агрессивность, соревновательность и различные формы делинквентности. Вместе с тем боязнь несоответствия возросшим социальным требованиям и усиление рефлексии, свойственные данному возрасту, могут приводить к увеличению числа мальчиков, «ощущающих неуверенность в себе» или стремящихся к одиночеству (19,6 и 22,1 %, соответственно). Указанные переживания отражали прежде всего проблемы личностного становления подростков, а не проблемы гендерной идентичности. Совсем иная картина была характерна для гомосексуального подростка: пробуждающиеся гомоэротические устремления заставляли молодого человека обостренно ощущать, что он «не такой, как все», и это приводило к формированию чувства вины, социальной изоляции и несчастливости. Для значительной части гомосексуальных подростков невозможность в полной мере соответствовать культуральным требованиям маскулинности оборачивалась попыткой «примеривать» на себя, экспериментировать с другим полюсом гендерной «нормы» - феминностью. С этим, вероятно, связано усиливающееся желание гомосексуальных подростков родиться женщиной, ощущение себя психологически скорее лицом женского пола, использование применительно к себе женского имени. Наряду с этим, как показывает практика, «поведенческая феминность» может актуализироваться в период адаптации подростка или юноши к гомосексуальному сообществу (вхождение в гомосексуальную субкультуру) с сопутствующим стремлением противопоставить себя гетеросексуальному большинству с его гендерным традиционализмом. Таким образом, в процессе становления гомосексуального влечения в пубертате наблюдается «гендерный зигзаг» в виде усиления гендерного нонконформизма и болезненного сравнения себя со сверстниками. Вместе с тем стремление социализироваться (иногда в варианте «растворения») в гетеросексуальной среде, давление сверстников и боязнь самораскрытия зачастую приводят к тому, что наиболее явные «феминные» проявления ослабевают или исчезают у большинства гомосексуалов с завершением формирования гомосексуальной идентичности, что календарно приходится на период после окончания пубертата. Представленные результаты факторного анализа позволяют говорить о существовании нескольких гомосексуальных «преморбидов». Это а) идентичностные проблемы с кроссгендеризмом; б) астенические черты характера, нашедшие отражение в коммуникативных проблемах; в) трудности или нежелание усваивать конвенциальные модели гендерного поведения и, как результат, демонстрация поведения, которое оценивается как феминное; г) невозможность найти общий язык со сверстниками и поиски объекта для идентификации среди старших. Отклонения от традиционного гендерного поведения у детей можно принять за формирование гомосексуальности. Однако это справедливо лишь в части случаев (подобная вероятность - 2 : 1). Описываемые личностно-характерологические особенности являлись, в одних случаях, признаком врожденных детерминант, ведущих к появлению гомосексуального влечения, а в других - лишь предрасполагающим личностно-характерологическим радикалом, облегчающим при определенных обстоятельствах появление эротических привязанностей к лицам своего пола [2]. Наиболее информативным для диагностики сексуальной ориентации становится подростковый период, когда происходит окончательное закрепление гендерной идентичности, гендерной роли, но уже в соответствии с направленностью сексуального влечения. Гендерное своеобразие само по себе не может рассматриваться как явный признак, указывающий на наличие гомосексуальности.

作者简介

Dmitriy Isayev

Saint Petersburg State Pediatric Medical University

Email: ddimai08@mail.ru
MD, PhD, Associate Professor, Head, Department of Сlinical Psychology

参考

补充文件