Влияние внесения удобрений и мелиоранта на подвижность тяжелых металлов в слоях чернозема выщелоченного тяжелосуглинистого
- Авторы: Пугаев С.В.1, Прокина Л.Н.1
-
Учреждения:
- Федеральный аграрный научный центр Северо-Востока им. Н.В. Рудницкого
- Выпуск: № 1 (2025)
- Страницы: 81-88
- Раздел: Экотоксикология
- URL: https://journal-vniispk.ru/0002-1881/article/view/285187
- DOI: https://doi.org/10.31857/S0002188125010106
- EDN: https://elibrary.ru/VBZGPW
- ID: 285187
Цитировать
Полный текст
Аннотация
Изучили степень подвижности (СП) Cd, Pb, Cu и Zn в пахотном (0–20 см) и подпахотном (21–40 см) слоях почвы при внесении фосфорно-калийных и азотных удобрений на фоне известкования и без него. Выявлено, что величины СП тяжелых металлов (ТМ) были в основном меньше при известковании. У Cu она варьировала менее значительно по сравнению с другими металлами. Удобрения на фоне известкования достоверно понижали СП Cd по сравнению с контролем, а без него – увеличивали ее в обоих слоях. Вектор изменений СП металла в слоях при известковании зависел от доз азота в комплексе NPK. Фосфорно-калийные удобрения снижали СП металлов, а известкование усиливало их действие. Величины СП снижались до минимума с применением РK- и NРK-удобрений с низкой дозой азота в условиях известкования и без него, а при максимальной дозе азота – увеличивались. Известкование усиливало различия в СП между слоями в вариантах без азота, при его внесении – значительно снижало их. Известкование не изменяло расположение СП металлов по их величине в условиях опыта: Cd > Pb > Zn > Cu.
Ключевые слова
Полный текст
Введение
Длительное применение минеральных удобрений в современном сельском хозяйстве изменяет свойства почв, в том числе защитные, увеличивая риск загрязнения почвы, продукции и природных вод поллютантами [1–4].
Существенный вклад в увеличение уровня токсикантов в окружающей среде привносят тяжелые металлы (ТМ), которые из почвы не исчезают, а медленно мигрируют в сопредельные компоненты [4].
С удобрениями вносят различные металлы (мг/ кг): Cu (Pсд = 21.0–28.0, Kх = 0.44–18.0, Nаа = 2.0–8.8), Cd (Pсд = 0.18–1.3, Kх = 0.04–1.5, Nаа = 0.08–0.1), Pb (Pсд =1.21–15.0, Kх = 0.31–4.9, Nаа = 0.1–0.57), в известняковой муке: Cu = 6.3–15.0, Cd = 0.18–2.2, Pb =13.7–28.0 [5–7]. Также трансформируются фракции ТМ и изменяется степень их подвижности (СП) в удобренных почвах по сравнению с неудобренными [8–11]. Токсичность и подвижность ТМ в почве может усиливаться при полиэлементном загрязнении.
Однако пока недостаточно исследований по изучению изменения СП ТМ в почве при длительном совместном применении различных средств химизации [12, 13]. В этой связи возрастает ценность исследований в длительных стационарных полевых опытах с удобрениями для разработки современных экологически безопасных и эффективных агротехнологий.
Цель работы – изучение степени подвижности Cd, Pb, Cu и Zn в слоях чернозема выщелоченного под влиянием длительного применения комплекса средств химизации.
Методика исследования
Исследование провели в Мордовском НИИСХ – филиале ФАНЦ Северо-Востока на базе длительного стационарного полевого опыта, заложенного в 1972 г. Почва – чернозем выщелоченный тяжелосуглинистый по классификации Добровольского [14]. Агрохимическая характеристика (слой 0–20 см) перед закладкой опыта: содержание гумуса – 8.7 ± 0.5%, рНН2О 6.3 ± 0.1 ед., рНKCl 5.4 ± 0.1, Hг и S – 6.2 ± 0.3 и 32.6 ± 0.8 ммоль(экв)/100 г соответственно, V – 84 ± 2%, Р2О5 – 65 ± 15 и K2О – 12 ± 38 мг/кг.
Посевная площадь делянки – 112.5 м2 (7.5 × 15 м), учетная для зерновых – 75 м2 (5 × 15 м), повторность трехкратная. Опыт заложен методом расщепленных делянок [15]. Блок делянок 1-го порядка: 1 – без известкования с 1972 г. (контроль), 2 – известкование по 0.5 гидролитической кислотности (г. к.). Делянки 2-го порядка: I – без удобрений с 1972 г. (контроль), II – фосфорно-калийные удобрения (Р50K80), III – РK + N30, IV – РK + N90.
Известкование проводили перед закладкой опыта в 1972 г. и в 2000 г. Минеральные удобрения вносили в соответствии со схемой опыта поделяночно, вручную: Рсд и Kх – под основную обработку почвы, Nаа – ежегодно весной.
Последовательность культур в зернотравянопропашном севообороте: яровая пшеница (Triticum monococcum L.) – яровая пшеница (Triticum monococcum L.) + многолетние травы – многолетние травы 1-го года пользования – многолетние травы 2-го года пользования – многолетние травы 3-го года пользования – озимая пшеница (Triticum aestivum L.) – яровая пшеница (Triticum monococcum L.) – соя культурная (Glicine max (L.) Merr.) – овес посевной (Avena sativa L.), многолетние травы – кострец безостый (Bromus inermis Leyss). Агротехника культур – рекомендованная для условий Мордовии, кроме изученных факторов [16].
Почвенные пробы отбирали после уборки овса (2012 г.) с глубины 0–20 (пахотный слой) и 21–40 см (подпахотный слой) методом конверта. Лабораторные исследования, наблюдения и агрохимические анализы проводили в соответствии с общепринятыми методиками. Содержание подвижных (ПФ) и кислоторастворимых форм (КРФ) ТМ анализировали в трехкратной повторности атомно-адсорбционным методом (спектрометр “Квант”, Россия) по методике [17]. Результаты доложены в работе [18]. На их основании определяли СП металлов в почве по методике [19]. Обработку данных проводили статистическими методами по [15] и сводили в таблицы с указанием средней величины, стандартной ошибки среднего. Достоверность различий вариантов оценивали по t-критерию Стьюдента (td).
Агроклиматические условия проведения опытов были типичными для зоны неустойчивого увлажнения.
Результаты и их обсуждение
СП ТМ была различной у разных металлов и изменялась как в зависимости от слоя почвы, так и от воздействия средств химизации.
СП Cd в пахотном слое контрольной почвы без известкования оказалась практически равновеликой с его подвижностью в варианте II (РK-удобрения), а в других вариантах отмечена тенденция к увеличению подвижности металла в пахотном слое при усилении минерального питания (варианты III, IV) (табл. 1) и увеличении содержания ПФ Cd [18].
Таблица 1. Зависимость степени подвижности (СП) ТМ в почве при действии изученных факторов, %
Вариант | Слой почвы | Достоверность различий* | ||
0–20 см | 21–40 см | пахотный слой | подпахотный слой | |
СП Cd | ||||
Без известкования | ||||
I. Контроль | 19.0 ± 0.8 | 17.2 ± 0.5 | – | I–II, I–III, II–III, II–IV |
II. Р50K80 | 18.8 ± 0.8 | 15.1 ± 0.2 | ||
III. N30Р50K80 | 19.6 ± 0.7 | 19.9 ± 0.2 | ||
IV. N90Р50K80 | 20.4 ± 0.5 | 18.5 ± 0.5 | пах/п-пах–I, II | |
Известкование 0.5 г. к. | ||||
I. Контроль | 18.3 ± 0.8 | 19.3 ± 0.6 | II–IV, III–IV | I–II, II–III, III–IV |
II. Р50K80 | 17.5 ± 0.1 | 16.8 ± 0.1 | пах/п-пах–IV | |
III. N30Р50K80 | 18.2 ± 0.4 | 18.2 ± 0.4 | изв/неизв–пах–IV, п-пах–III | |
IV. N90Р50K80 | 16.4 ± 0.2 | 18.1 ± 0.3 | ||
СП Pb | ||||
Без известкования | ||||
I. Контроль | 15.1 ± 2.6 | 9.98 ± 1.02 | I–II, II–III, III–IV | II–III |
II. Р50K80 | 10.2 ± 0.3 | 9.42 ± 0.12 | ||
III. N30Р50K80 | 6.94 ± 0.55 | 7.46 ± 0.32 | ||
IV. N90Р50K80 | 10.2 ± 0.8 | 11.9 ± 1.8 | ||
Известкование 0.5 г. к. | ||||
I. Контроль | 8.11 ± 0.34 | 9.04 ± 0.57 | I–IV, II–IV, III–IV | I–II, I–III, I–IV |
II. Р50K80 | 6.30 ± 0.63 | 6.74 ± 0.39 | ||
III. N30Р50K80 | 6.35 ± 0.53 | 6.70 ± 0.37 | пах/п-пах–IV, изв/неизв–пах–II, п-пах–II | |
IV. N90Р50K80 | 11.9 ± 0.7 | 7.27 ± 0.11 | ||
СП Cu | ||||
Без известкования | ||||
I. Контроль | 3.09 ± 0.09 | 3.58 ± 0.04 | – | I–II, I–III, III–IV |
II. Р50K80 | 3.07 ± 0.03 | 2.90 ± 0.03 | ||
III. N30Р50K80 | 3.36 ± 0.18 | 2.83 ± 0.03 | ||
IV. N90Р50K80 | 2.75 ± 0.04 | 3.37 ± 0.05 | пах/п-пах–I, II, IV | |
Известкование 0.5 г. к. | ||||
I. Контроль | 3.13 ± 0.04 | 3.42 ± 0.09 | I–III, I–IV, II–III, II–IV, III–IV | I–II, I–IV, III–IV |
II. Р50K80 | 3.53 ± 0.05 | 2.93 ± 0.04 | ||
III. N30Р50K80 | 4.04 ± 0.02 | 3.18 ± 0.10 | пах/п-пах– I, II, III изв/неизв–пах–III, п-пах–III, IV | |
IV. N90Р50K80 | 2.90 ± 0.07 | 2.99 ± 0.01 | ||
СП Zn | ||||
Без известкования | ||||
I. Контроль | 5.88 ± 0.06 | 7.69 ± 0.11 | I–II, I–III, III–IV | I–II, I–III, I–IV, II–III, II–IV, III–IV |
II. Р50K80 | 6.27 ± 0.10 | 6.87 ± 0.29 | ||
III. N30Р50K80 | 7.38 ± 0.17 | 6.63 ± 0.13 | ||
IV. N90Р50K80 | 5.76 ± 0.13 | 6.63 ± 0.14 | пах/п-пах–I, III, IV | |
Известкование 0.5 г. к. | ||||
I. Контроль | 6.67 ± 0.02 | 6.61 ± 0.04 | I–II, I–III, III–IV | I–II, I–III, I–IV II–III, II–IV, III–IV |
II. Р50K80 | 6.43 ± 0.13 | 5.39 ± 0.10 | ||
III. N30Р50K80 | 7.73 ± 0.02 | 7.30 ± 0.11 | пах/п-пах–II, III изв/неизв пах–I, IV п-пах– I, II, III | |
IV. N90Р50K80 | 6.81 ± 0.06 | 7.06 ± 0.13 | ||
*Достоверность различий: I–II – между вариантами, пах–II – в пахотном слое варианта II, п-пах–III – в подпахотном слое варианта III, пах/п-пах–IV – между слоями варианта IV, изв/неизв–пах IV – в пахотном слое варианта IV между известкованным и неизвесткованным фонами.
СП Cd в подпахотном слое контроля была значимо меньше, чем в пахотном. При этом содержание фосфатов было в этих слоях было одинаковым (табл. 2), а содержание ПФ Cd – меньше в подпахотном [18]. Использование РК-удобрений (вариант II) вызвало в подпахотном слое достоверное снижение СП Сd, вероятнее всего, из-за образования фосфатов металла в опыте, подобное отмечали другие авторы [13].
Таблица 2. Агрохимическая характеристика почвы вариантов опыта (2012 г.)
Вариант | Органическое вещество, % | рНКCl | Р2О5 | K2О | |||||
1 | 2 | 1 | 2 | мг/кг | |||||
1 | 2 | 1 | 2 | ||||||
Без известкования | |||||||||
1. Контроль | 9.03 ± 0.22 | 9.51 ± 0.09 | 4.81 ± 0.003 | 4.77 ± 0.003 | 123 ± 0.9 | 125 ± 0.6 | 156 ± 3.8 | 136 ± 1.2 | |
2. Р50K80 | 9.78 ± 0.06 | 9.88 ± 0.06 | 4.69 ± 0.06 | 4.57 ± 0.03 | 190 ± 1.00 | 191 ± 1.2 | 171 ± 1.5 | 161 ± 1.5 | |
3. N30Р50K80 | 9.69 ± 0.25 | 9.75 ± 0.16 | 4.73 ± 0.003 | 4.93 ± 0.003 | 229 ± 3.8 | 210 ± 2.5 | 156 ± 2.9 | 149 ± 3.5 | |
4. N90Р50K80 | 9.52 ± 0.08 | 8.85 ± 0.11 | 4.73 ± 0.003 | 4.69 ± 0.003 | 240 ± 1.5 | 253 ± 2.7 | 157 ± 2.4 | 149 ± 2.9 | |
Известкование 0.5 г. к. | |||||||||
I. Контроль | 9.45 ± 0.05 | 8.97 ± 0.16 | 5.02 ± 0.003 | 5.20 ± 0.01 | 195 ± 0.7 | 168 ± 0.6 | 184 ± 3.3 | 144 ± 3.2 | |
II. Р50K80 | 9.39 ± 0.04 | 9.75 ± 0.04 | 5.07 ± 0.003 | 5.34 ± 0.003 | 214 ± 1.7 | 297 ± 1.5 | 237 ± 3.0 | 166 ± 0.6 | |
III. N30Р50K80 | 9.95 ± 0.05 | 9.65 ± 0.14 | 4.87 ± 0.02 | 4.82 ± 0.003 | 308 ± 1.2 | 297 ± 1.3 | 169 ± 2.0 | 204 ± 2.3 | |
IV.N90Р50K80 | 9.72 ± 0.10 | 9.01 ± 0.24 | 4.85 ± 0.00 | 4.85 ± 0.00 | 307 ± 2.0 | 288 ± 1.0 | 235 ± 12 | 176 ± 3.5 | |
Примечание. В графе 1 – слой 0–20 см, 2 – слой 21–40 см.
СП Cd достоверно увеличивалась в подпахотном слое варианта III с минимальной дозой азота в составе NPK-удобрения и становилась равной в обоих слоях при практически одинаковом содержании фосфатов (табл. 2) и увеличении содержания ПФ металла в слоях [18].
При увеличении дозы азота в величинах СП металла проявлялись тенденции: в пахотном слое варианта IV – к увеличению, достигая максимума, как отмечали [13, 20], за счет высокой растворимости и подвижности соединений Cd с органическим веществом, содержание которого увеличивалось в опыте с 9.0 в контроле до 9.5% в варианте IV, в подпахотном слое – к снижению при увеличении содержания фосфатов (табл. 2) и без изменений содержания ПФ металла [18].
Таким образом, СП Cd в пахотном слое изменялась недостоверно, но имела тенденцию к увеличению до максимума в варианте IV. Она достоверно увеличивалась в подпахотном слое при внесении РK-удобрений (вариант II) и добавлении к ним низкой дозы азота (вариант III). При внесении более высокой дозы азота (вариант IV) были достоверными различия с контролем и с вариантом внесения РK-удобрений (вариант II).
Известкование по 0.5 г. к. вызвало тенденцию к снижению СП Cd в пахотном слое вариантов I, II и III, вызванную, вероятно, образованием прочных органо-минеральных соединений металла с кислотами сидерофоров злаков [10], а также увеличением содержания фосфатов (табл. 2). Внесение извести достоверно снижало СП Cd в варианте IV, где происходило увеличение содержания гумуса, фосфатов и КРФ [18].
СП металла имела тенденцию к увеличению в подпахотном слое после известкования в вариантах контроля и II, в варианте III – достоверное снижение, а в варианте IV изменений не отмечено. Тенденция к увеличению СП металла проявилась, видимо, из-за увеличения содержания ПФ металла, а к снижению – из-за увеличения содержания КРФ Cd в соответствующих вариантах, вызванное, вероятно, более значительным увеличением содержания КРФ металла, чем ПФ [18].
Значимых изменений не было выявлено при внесении удобрений после известкования по сравнению с пахотным слоем контрольного варианта. Однако СП Cd значимо увеличивалась при добавлении к РK-удобрениям низкой дозы азота (вариант III) вследствие увеличения содержания ПФ металла [18] и органического вещества, а также усиления кислотности почвы. Она достоверно снижалась до минимума при увеличении дозы азота (вариант IV) и содержания КРФ Cd [18], аналогичный результат получен авторами работы [21].
СП Cd – максимальная в подпахотном слое в контроле, достоверно снижалась при внесении РK-удобрений (вариант II) вследствие снижения содержания ПФ металла [18] и увеличения количества фосфатов (табл. 2). Она увеличивалась в вариантах при внесении NPK-удобрений (варианты III и IV) по сравнению с вариантом II (РK-удобрения), но не достигала величины в контроле. В вариантах III и IV содержание фосфатов изменялось незначительно, но увеличивалось содержание ПФ металла [18]. Усиление дозы азота в NРK-удобрениях (вариант IV) не изменяло значимо СП металла по сравнению с вариантом III. Таким образом, только РK-удобрения (вариант II) так изменяли величину СП Cd, которая затем значимо различалась с контролем и вариантами применения NPK-удобрений (варианты III и IV).
СП Pb имела в пахотном слое контроля без известкования максимальную величину среди других вариантов из-за самого низкого содержания фосфатов (табл. 2) и высокого содержания ПФ металла [18] (табл. 1). Она снижалась в варианте II (использование РK-удобрений) вследствие увеличения связей металла с органическим веществом, содержание которого увеличивалось. Также увеличивалась концентрация в почве фосфатов (табл. 2) и снижалось содержание ПФ Pb из-за связывания ими ионов металла [18]. На это указывали авторы в исследованиях на серых лесных почвах [13]. СП металла достигала минимума при внесении полного минерального удобрения с низкой дозой азота (вариант III) и значимо различалась с вариантом II вследствие увеличения содержания фосфатов (табл. 2) и минимального содержания ПФ металла [18]. СП Pb достоверно увеличивалась до уровня варианта II после увеличения дозы азота (вариант IV) из-за повышения содержания ПФ металла также до величины в варианте II [18] и при незначительном изменении содержания фосфатов. Таким образом, СП Pb при внесении минеральных удобрений значимо изменялась: в варианте II с РK-удобрениями отмечено снижение, которое продолжалось при внесении азота (вариант III), а при увеличении его дозы (вариант IV) – увеличивалась (табл. 1).
СП металла была в подпахотном слое контроля и варианта II значимо меньше, чем в пахотном слое соответствующих вариантов. Она имела тенденции: к снижению в вариантах II, III, в варианте IV – к увеличению. Значимое увеличение было отмечено при повышении дозы азота в NPK-удобрениях (вариант IV) из-за увеличения содержания ПФ металла [18] и снижения содержания органического вещества почвы (табл. 2).
Известкование вызвало тенденцию снижения СП Pb в пахотном и в подпахотном слоях контроля, вероятно, путем иммобилизации ПФ металла [22]. Оно значимо снижало СП Pb в подпахотном слое (табл. 1) при внесении РK-удобрений (вариант II) из-за более низкого содержания ПФ и более высокого содержания КРФ металла [18] и при увеличении содержания фосфатов в почве (табл. 2).
Известкование, как мощный агрохимический фактор, снижало СП металла в почве контроля, причем сильнее в пахотном слое, чем в подпахотном, но в обоих случаях это было недостоверно. Снижение СП металла усиливалось при применении РK-удобрений (вариант II) до значимых различий в обоих слоях. В других вариантах значимых различий не отмечено.
При известковании минеральные удобрения значимо снижали СП Pb по сравнению с контролем в подпахотном слое вариантов II и III, в варианте IV – в обоих слоях. Добавление к РK-удобрениям азота в низкой дозе (вариант III) не вызывало значимых изменений величины СП Pb в обоих слоях. Она значимо повышалась в пахотном слое варианта IV при увеличении дозы азота в NPK-удобрениях из-за того, что увеличивалось содержание ПФ Pb [18], на это указывали подобные исследования с высокими дозами NРK [23].
Величина СП Pb снижалась в обоих слоях во всех вариантах с удобрениями и известкованием практически до величин, меньших контроля, кроме пахотного слоя варианта IV. Такой же результат получили в работе [21], вероятно, из-за увеличения адсорбции металла на гуминовых кислотах [24], т. к. содержание органического вещества увеличивалось (табл. 2). Таким образом, разные дозы азота в составе NРK-удобрения проявили разнонаправленное действие в сравнении с контролем.
СП Cu была минимальной среди других металлов в обоих слоях почвы, видимо, из-за образования медью более прочных по сравнению с другими металлами связей с органическим веществом черноземной почвы [25, 26]. Она незначимо варьировала в пахотном слое вариантов без известкования при внесении минеральных удобрений (табл. 1). СП металла достоверно снижалась в подпахотном слое варианта II (внесение РK-удобрений), а при повышенной дозе азота (вариант IV) достоверно увеличивалась и сравнялась с контролем.
При известковании СП Cu претерпевала существенные изменения. В пахотном слое варианта II (РK-удобрения) проявлялась тенденция к ее увеличению. СП металла значимо увеличивалась при использовании NPK-удобрений с низкой дозой азота (вариант III), а при ее увеличении – достоверно снижалась (вариант IV), вероятно, из-за более низкой кислотности почвы (табл. 2). В подпахотном слое СП меди значимо снижалась при внесении РK-удобрений (вариант II) и при увеличенной дозе азота (вариант IV), когда росло содержание КРФ Cu [18] и снижалось содержание органического вещества (табл. 2). Оба слоя достоверно различались между собой в вариантах I и II в условиях без известкования и при известковании, причем в обоих случаях в варианте I СП Cu была больше в подпахотном слое, а в варианте II – в пахотном.
СП Zn значимо увеличивалась в пахотном слое в условиях без известкования при использовании РK-удобрений (вариант II) и при внесении NРK с низкой дозой азота (вариант III) (табл. 1). Вероятно, это происходило в результате повышения доступности металла вследствие минерализации органического вещества сидерофорами [7] и подкисления почвы (табл. 2). СП металла достоверно снижалась до уровня контроля при повышении дозы азота (вариант IV), подобное отмечено в работе [21]. В нашем случае было выявлено увеличение содержания КРФ Zn [18] и фосфатов (табл. 2). СП Zn значимо снижалась до минимума в подпахотном слое при внесении NPK-удобрений (вариант III и IV) по сравнению с контролем, вероятно, из-за значительного увеличения содержания фосфатов и снижения содержания ПФ Zn [18].
Известкование разнонаправленно и значимо изменяло СП Zn в слоях почвы в контроле: повышало в пахотном и снижало в подпахотном, в которых соответствующим образом изменялось содержание ПФ металла [18], в результате чего величины его СП не имели достоверного различия между слоями (табл. 1). Внесение РK-удобрений (вариант II) значимо снижало СП Zn в пахотном слое из-за образования менее подвижных форм металла с фосфатами (КРФ) [18], в том числе при известковании [11, 27, 28] (табл. 2). Добавление к РK-удобрениям низкой дозы азота (вариант III) значимо по сравнению с контролем увеличивало СП металла до максимума в опыте (табл. 1) из-за того, что увеличивалось содержание ПФ Zn [18] и усиливалась кислотность в почве варианта III (табл. 2). Увеличение дозы азота в составе NРK (вариант IV) вызвало снижение СП Zn из-за повышения содержания ПФ металла [18] и снижения содержания органического вещества в почве варианта (табл. 2).
СП Zn значимо уменьшалась в подпахотном слое с внесением РK-удобрений (вариант II) после известкования в условиях снижения содержания ПФ металла [18], увеличения содержания фосфатов, снижения содержания органического вещества и уменьшения кислотности (табл. 2). Добавление к РK-удобрениям азота в низкой дозе (вариант III) способствовало значимому росту СП Zn, связанному, вероятно, с увеличением содержания ПФ металла [18] при неизменном содержании фосфатов и снижении содержания органического вещества в почве варианта.
Увеличение дозы азота (вариант IV) вызвало тенденцию к снижению СП Zn, вероятно, из-за роста содержания КРФ металла при неизменной величине его ПФ [18], снижения содержания органического вещества почвы варианта.
Таким образом, отдельное и совместное использование мелиоранта и разных видов и доз удобрений оказывало существенное влияние на изменения СП ТМ с проявлением общих закономерностей. Например, величины СП Cd, Pb и Zn были в основном меньше при известковании, а СП Cu варьировала в условиях опыта менее значительно по сравнению с другими металлами. Удобрения на фоне известкования понижали СП Cd, а без него – увеличивали, причем вектор этих изменений в слоях часто зависел от доз азота в NРK. Фосфорно-калийные удобрения в основном снижали СП металлов, а известкование усиливало действие этих удобрений, снижая СП Cd и Zn в пахотном слое. Величины СП Pb снижались до минимума при применении РKи NРK-удобрений с низкой дозой азота в условиях известкования и без него, а с максимальной дозой азота – увеличивались. Известкование усиливало различия в величинах СП Zn между слоями в вариантах применения РK-удобрений, а при внесении азота различия значительно уменьшались.
Величины СП ТМ в условиях известкования и без него составили следующий ряд: Cd > Pb > Zn > Cu.
Об авторах
С. В. Пугаев
Федеральный аграрный научный центр Северо-Востока им. Н.В. Рудницкого
Автор, ответственный за переписку.
Email: niish-mordovia@mail.ru
Мордовский научно-исследовательский институт сельского хозяйства
Россия, 430904 Саранск, р.п. Ялга, ул. Мичурина, 5Л. Н. Прокина
Федеральный аграрный научный центр Северо-Востока им. Н.В. Рудницкого
Email: niish-mordovia@mail.ru
Мордовский научно-исследовательский институт сельского хозяйства
Россия, 430904 Саранск, р.п. Ялга, ул. Мичурина, 5Список литературы
- Шустикова Е.П., Шаповалова Н.Н. Действие и последействие длительного внесения минеральных удобрений на продуктивность севооборота и баланс макроэлементов в черноземе обыкновенном // Агрохимия. 2015. № 8. С. 49–56.
- Пугаев С.В. Содержание и транслокация поллютантов в компонентах антропогенно измененных биогеоценозов в условиях Республики Мордовия: Автореф. дис. … канд. биол. наук. Н. Новгород: ННГУ, 2013. 23 с.
- Boincean B., Nica L., Stadnic S. Fttilizarea si fertilitatea cenoziomului din stepa Baltuiui sub influenta intensificari tehnologice a agiculturii // 1a Comferinta Internation la “Transfer de inovatii in actixitatile agrocole in contextual Schimbarii chemei si dezvoltarii durable,” Agroinform, Chisinau, 11–12 noiembrie, 2009. P. 174–186.
- Никитин Е.Д., Скворцова Е.Б., Кочергин А.Н., Никитина О.Г., Иванов О.П., Сабодина Е.П., Воронцова Е.М. О развитии учения об экологических функциях почвенного покрова и других геосфер // Почвоведение. 2010. № 7. С. 771–778.
- Esitken A., Yildiz H.E., Ercisli S. Dönmez M.F., Turan M., Gunes A. Effects of plant growth promoting bacteria (PgPB) in yield, growth and nutrient contents of organically growth strawberry // Sci. Horticult. 2010. № 124. Р. 626.
- Мязин Н.Г., Павлов Р.А., Шеина В.В. Влияние удобрений на накопление нитратов и тяжелых металлов в почве и растениях и на продуктивность звена зернопаропропашного севооборота // Агрохимия. 2006. № 2. С. 22–29.
- Фирсов С.А., Баранова Т.Л., Фирсов С.С. Экологический мониторинг безопасности почв по содержанию тяжелых металлов // Агрохим. вестн. 2014. № 3. С. 5–7.
- Плеханова И.О., Золотарева О.А. Экологическое нормирование состояния почв, загрязненных тяжелыми металлами // Агрохимия. 2020. № 10. С. 79–88.
- Потатуева Ю.А. Эколого-агрохимическая оценка фосфорных и фосфорсодержащих удобрений в длительных полевых опытах // Агрохимия. 2013. № 6. С. 83–94.
- Romheld V., Marschner H. Evidence for a specific uptake system for iron phyto siderophores in roots of grasses // Plants Physiol. 1986. V. 80. P. 175–180.
- Небольсин А.Н., Небольсина З.П. Известкование почв (результаты 50-летних полевых опытов). СПб.: ЛНИИСХ РАСХН, 2010. 254 с.
- Пугаев С.В. Особенности аккумуляции тяжелых металлов продуктивной частью сельскохозяйственных растений в различных агроэкологических условиях Республики Мордовия // Агрохимия. 2020. № 12. С. 71–80.
- Якименко В.Н., Конарбаева Г.А. Трансформация фонда тяжелых металлов серой лесной почвы в агроценозе // Агрохимия. 2016. № 4. С. 61–69.
- Классификация и диагностика почв СССР / Под ред. Г.В. Добровольского. М., 1977. 223 с.
- Доспехов Б.А. Методика полевого опыта. М.: Колос, 1985. 423 с.
- Адаптивные технологии возделывания сельскохозяйственных культур в условиях Республики Мордовия (метод. рук-во). Саранск, 2003. 428 с.
- Методические указания по определению тяжелых металлов в почвах сельхозугодий и продукции растениеводства. М.: ЦИНАО, 1992. 61 с.
- Пугаев С.В., Прокина Л.Н. Влияние длительного применения средств химизации на содержание фракций Cd, Pb, Cu и Zn в слоях чернозема выщелоченного тяжелосуглинистого // Агрохимия. 2022. № 5. С. 43–55.
- Манджиева С.С., Минкина Г.Н., Мотузова Г.Н., Головатый С.Е., Мирошниченко Н.Н., Лукашенко Н.К., Фатеев А.И. Фракционно-групповой состав соединений цинка и свинца как показатель экологического состояния почв // Почвоведение. 2014. № 5. С. 632–640.
- Ямалтдинова В.Р., Васбиева М.Т., Фомин Д.С. Влияние систем удобрения на агрохимические показатели и накопление тяжелых металлов в почве и яровой пшенице (Triticum aestivum L.) // Пробл. агрохим. и экол. 2020. № 3. С. 39–43.
- Черникова О.В., Карпов А.Н. Приемы восстановления плодородия черноземных почв, загрязненных тяжелыми металлами // Агрохим. вестн. 2014. № 2. С. 24–25.
- Назарова Л.К., Дильмухаметова И.К., Егоров В.С., Кирпичников Н.А., Морачевская Е.В., Карпухин М.М. Влияние длительного применения минеральных удобрений и известкования на состояние баланса свинца в агроценозе на дерново-подзолистой тяжелосуглинистой почве Московской области // Пробл. агрохим. и экол. 2018. № 2. С. 18–23.
- Чеглакова О.А., Шихова Л.Н. Сезонная динамика содержания свинца в дерново-подзолистой почве при внесении минеральных удобрений // Аграрн. наука Евро-Северо-Востока. 2021. № 2. С. 234–243.
- Переломов Л.В., Чилачева К.В., Швыкин А.Ю., Атрощенко Ю.М. Влияние органических веществ гумуса на поглощение тяжелых металлов глинистыми минералами // Агрохимия. 2017. № 2. С. 89–96.
- Минкина Т.М., Пинский Т.М., Самохин А.П., Статовой А.А. Поглощение меди, цинка и свинца черноземом обыкновенным при монои полиэлементном загрязнении // Агрохимия. 2005. № 8. С. 58–64.
- Kabata-Pendias A. Trace elements in soil and plants. 4-th edit. Boca Raton, Florida: C.R.C. Press, 2010. 548 p.
- Минкина Т.М., Мотузова Г.В., Назаренко О.Г., Самохин А.П., Крыщенко В.С., Манджиева С.С. Влияние различных мелиорантов на подвижность цинка и свинца в загрязненном черноземе // Агрохимия. 2007. № 10. С. 67–75.
- Минкина Т.М., Пинский Д.Л., Манджиева С.С., Антоненко Е.М., Сушкова С.Н. Влияние гранулометрического состава на поглощение меди, свинца и цинка черноземными почвами Ростовской области // Почвоведение. 2011. № 11. С. 1304–1311.
Дополнительные файлы


