О разрешимости некоторых краевых задач для дробного аналога нелокального уравнения Лапласа

Обложка

Цитировать

Полный текст

Аннотация

Работа посвящена методам решения краевой задачи Дирихле и периодической краевой задачи для одного класса нелокальных дифференциальных уравнений с частными производными второго порядка с инволютивными отображениями аргументов. Введено понятие нелокального аналога уравнения Лапласа, обобщающее классическое уравнение Лапласа. Предложен метод построения собственных функций и собственных значений спектральной задачи с помощью разделения переменных. Исследованы вопросы полноты полученной системы собственных функций. Введено понятие дробного аналога нелокального уравнения Лапласа. Для рассматриваемого уравнения рассматриваются краевые задачи с условием Дирихле и с периодическими условиями. Обоснована корректность поставленных в данной работе задач, а также приведено доказательство существования и единственность решения краевых задач.

Полный текст

1. Введение и постановка задачи. Понятие нелокального оператора и связанное с ним понятие нелокального дифференциального уравнения появилось в математике сравнительно недавно. По классификации, приведенной в книге [10] А. М. Нахушева, к таким уравнениям относятся: нагруженные уравнения; уравнения, содержащие дробные производные искомой функции; уравнения с отклоняющимися аргументами. В состав таких уравнений входят неизвестная функция и ее производные при различных значениях аргументов. Среди нелокальных дифференциальных уравнений особое место занимают уравнения, в которых отклонение аргументов имеет инволютивный характер. В настоящей работ вводится понятие нелокального оператора Лапласа и исследуются спектральные вопросы некоторых краевых задач. Итак, в трехмерном параллелепипеде рассматриваются вопросы однозначной разрешимости некоторых краевых задач для дробного аналога нелокального уравнения Лапласа.

Дифференциальные уравнения с инволюцией исследовались в работах многочисленных авторов (см., например, [1, 2, 11–14, 19, 21, 22, 24, 26]). В работе А. В. Линькова [4] для аналогов параболического, гиперболического и эллиптического уравнений с инволюцией

ut(t,x)uxx(t,x)εuxx(t,x)=0,               t>0,          π           <x<π,utt(t,x)uxx(t,x)εuxx(t,x)=0,               t>0,          π           <x<π,utt(t,x)+uxx(t,x)+εuxx(t,x)=0,               t>0,          π           <x<π,

исследованы краевые и начально-краевые задачи. Применение метода Фурье разделения переменных к этим задачам приводит к одномерной спектральной задаче

y''(x)+εy''(x)=λy(x),π<x<π,

с соответствующими краевыми условиями. Собственные функции этой задачи имеют вид

y''(x)+εy''(x)=λy(x),π<x<π,

а собственные значения —

λk(1)=(1ε)k,λk(2)=(1+ε)(k+0,5).

Нужно отметить, что собственные функции уравнения с инволюцией совпадают с собственными функциями классического уравнения Лапласа при ε=0, и отличие в этих задачах будет только в собственных значениях.

В настоящей работе мы рассматриваем двумерное обобщение дробного аналога эллиптического уравнения с инволюцией. В работе исследуются вопросы разрешимости краевых задач с условием Дирихле и периодическими условиями.

Переходим к постановке задачи. Пусть 0<p, q, T — действительные числа, Π={x=(x1,x2)2:0<x1<p,0<x2<q} — прямоугольник, Q=(0,T)×Π. Для любой точки x=(x1,x2)Π рассмотрим отображения

I0x=(x1,x2),I1x=(px1,x2),I2x=(x1,qx2),I3x=(px1,qx2).

Очевидно, что для любого j=0,3¯ выполняются равенства Ij2x=x, т.е. отображения Ij являются инволюциями. Кроме того, справедливы также следующие равенства

I1I2=I2I1=I3,I1I3=I3I1=I2,I2I3=I3I2=I1.

Пусть aj — действительные числа, j=0,3¯, Δ — оператор Лапласа, действующий по переменным x1 и x2. Для функции v(x1,x2)C2(Π) введем оператор

Lv(x)a0Δv(I0x)+a1Δv(I1x)+a1Δv(I2x)+a1Δv(I3x).

Назовем оператор L нелокальным оператором Лапласа. Если a0=1, aj=0, j=1,2,3, то L совпадает с обычным двумерным оператором Лапласа.

Рассмотрим в области Q следующее уравнение:

Dt2αu(t,x)+a0Δu(t,I0x)+a1Δu(t,I1x)+a1Δu(t,I2x)+a1Δu(t,I3x)=0,(t,x)Q. (1)

Здесь D2α=CD0+αCD0+α, CD0+α — производная порядка α в смысле Герасимова–Капуто [18], aj — действительные числа, Δu(t,Ijx) означает Δu(t,Ijx)=Δu(t,z)|z=Ijx, j=0,3¯.

Определение. Регулярным решением уравнения (1) в области Q назовём функцию u(t,x) из класса u(t,x)C(Q¯), Dt2αu,ux1x1,ux2x2C(Q) и удовлетворяющую уравнению (1) в классическом смысле.

Если α=1, a0=1, aj=0, j=1,2,3, то уравнение (1) совпадает с классическим уравнением Лапласа. А в случае α=1, aj0, j=0,3¯, получаем нелокальный аналог уравнения Лапласа. Таким образом, дифференциальное уравнение (1) представляет собой дробный аналог нелокального уравнения Лапласа с тремя независимыми переменными.

Рассмотрим в области Q следующие задачи.

Задача D. Найти регулярное решение уравнения (1) в области Q, удовлетворяющее условиям

u(0,x1,x2)=φ(x1,x2),u(T,x1,x2)=ψ(x1,x2),x=(x1,x2)Π¯, (2)

u(t,0,x2)=u(t,q,x2)=0,0tT,0x2q,

(3)u(t,x1,0)=u(t,x1,p)=0,0tT,0x1p. (4)

Задача P. Найти регулярное решение уравнения (1) в области Q, удовлетворяющее краевому условию (2) и условиям

u(t,0,x2)=u(t,0,x2),ux2(t,0,x2)=ux2(t,0,x2),0tT,0x2q,u(t,x1,0)=u(t,x1,p),ux1(t,x1,0)=ux1(t,x1,p),0tT,0x1p,

 где φ(x1,x2), ψ(x1,x2) — заданные функции. 

Отметим, что свойства секвенциальных производных Герасимова– Капуто исследованы в работе [15]. В двухмерном случае аналогичные задачи со секвенциальными производными Герасимова– Капуто изучены в работах [27–29]. Кроме того, задача Дирихле и Неймана с обычными производными Герасимова– Капуто исследованы в работах [5–7]. Прямые и обратные задачи для уравнения дробного порядка в трехмерном случае изучены также в работах [16, 20, 23, 25].

2. Решение одномерной задачи дробного порядка. Пусть μ — положительное действительное число. Рассмотрим следующую задачу Дирихле для уравнения дробного порядка

D2αy(t)μ2y(t)=0,t(0,T), (5)

y(0)=a,y(T)=b, (6)

где a, b — действительные числа. Решением задачи (5), (6) назовём функцию y(t) из класса

y(t)C[0,T],Dαy(t)C[0,T],D2αy(t)C(0,T).

Лемма 1 (см. [27]). Общее решение уравнения (5) имеет вид

y(t)C[0,T],Dαy(t)C[0,T],D2αy(t)C(0,T). (7)

 где C1, C2 — произвольные постоянные,

Eα,β(z)=k=0zkΓ(αk+β)

— функция Миттаг-Леффлера.

Из этой леммы легко получаем следующее утверждение.

Лемма 2. Решение задачи (5), (6) существует, единственно и имеет вид

y(t)=aC(μ,t)+bS(μ,t),

где

C(μ,t)=Eα,1(μTα)Eα,1(μtα)Eα,1(μTα)Eα,1(μtα)2μTαE2α,α+1(μ2T2α), (8)

S(μ,t)=tαE2α,α+1(μ2t2α)TαE2α,α+1(μ2T2α). (9)

Доказательство. Используя представление (7), получаем систему

a=y(0)=C1Eα,1(0)+C2Eα,1(0)=C1+C2,

b=y(T)=C1Eα,1(μTα)+C2Eα,1(μTα).

Из первого уравнения системы следует C2=aC1. Отсюда

C1=baEα,1(μTα)Eα,1(μTα)Eα,1(μTα),

C2=abaEα,1(μTα)Eα,1(μTα)Eα,1(μTα)=aEα,1(μTα)bEα,1(μTα)Eα,1(μTα).

 Далее,

Eα,1(μTα)Eα,1(μTα)=k=0μkTαkΓ(αk+1)k=0(μ)kTαkΓ(αk+1)=

=k=0[μk(μ)k]TαkΓ(αk+1)=2m=0μ2m+1Tα(2m+1)Γ(α(2m+1)+1)=

=2μTαm=0μ2mT2αmΓ(2αm+α+1)=2μTαE2α,α+1(μ2T2α).

 Тогда решение задачи (5), (6) представляется в виде

y(t)=baEα,1(μTα)2μTαE2α,α+1(μ2T2α)Eα,1(μtα)+aEα,1(μTα)b2μTαE2α,α+1(μ2T2α)Eα,1(μtα)=

=bEα,1(μtα)Eα,1(μtα)2μTαE2α,α+1(μ2T2α)+aEα,1(μTα)Eα,1(μtα)Eα,1(μTα)Eα,1(μtα)2μTαE2α,α+1(μ2T2α)=

=aEα,1(μTα)Eα,1(μtα)Eα,1(μTα)Eα,1(μtα)2μTαE2α,α+1(μ2T2α)+btαE2α,α+1(μ2t2α)TαE2α,α+1(μ2T2α)=

=aC(μ,t)+bS(μ,t).

Лемма 3 (см. [27]). Для любого t[0,T] имеет место оценка

0C(μ,t),S(μ,t)1.

Лемма 4 (см. [17]). Для функции Eα,β(z) при |z| имеют место следующие асимптотические оценки: [ (i)]

(i) если |argz|ρπ, ρ(α/2,min{1,α}), α(0,2), то

Eα,β(z)=1αz1βαez1αk=1pzkΓ(βαk)+O1|z|p+1;

(ii) если argz=π, то

Eα,β(z)11+|z|.

3. О собственных функциях и собственных значениях классических задач с условием Дирихле и периодическими условиями. В данном пункте мы приведем известные утверждения относительно собственных функций и собственных значений следующих спектральных задач.

Задача 1 (собственные функции и собственные значения задачи Дирихле). Найти функцию v(x)0, x=(x1,x2) и число λC, удовлетворяющие условиям

Δv(x1,x2)=μv(x1,x2),(x1,x2)Π, (10)

Δv(x1,x2)=μv(x1,x2),(x1,x2)Π, (11)

Задача 2 (собственные функции и собственные значения периодической краевой задачи). Найти функцию v(x,y)0 и число λC, удовлетворяющие условиям

Δv(x1,x2)=μv(x1,x2),(x1,x2)Π,

v(x1,0)=v(x1,q),vx1(x1,0)=vx1(x1,q),0x1p,

v(0,x2)=v(p,x2),vx2(0,x2)=vx2(p,x2),0x2q.

Известны следующие утверждения (см., например, [9]).

Лемма 5. Собственные функции и собственные значения задачи 1 имеют вид

vk,m(x1,x2)=Xk(x1)Ym(x2)2psinkπpx12qsinmπqx2,k,m=1,2,,

μk,m=νk+σmkπp2+mπq2,k,m=1,2,

Система функций {vk,m(x1,x2)}k,m=1 образует полную ортонормированную систему в пространстве L2(Π).

Лемма 6. Собственные функции и собственные значения задачи 2 имеют вид

vk,m,i,j(x1,x2)=Xk,i(x1)Ym,j(x2),k,m=0,1,2,,i,j=1,2,

μk,m=νm+σm2kπp2+2mπq2,k,m=0,1,2,,

 где

X0(x1)=1p,Xk,1(x1)=2pcos2kπpx1,Xk,2(x1)=2psin2kπpx1,k=1,2,,Y0(x2)=1q,Ym,1(x2)=2qcos2mπqx2,Ym,2(x2)=2qsin2mπqx2,m=1,2,

Система функций {vk,m,i,j(x1,x2)}k,m=1, i,j=1,2, образуют полную ортонормированную систему в пространстве L2(Π).

4. О собственных функциях и собственных значениях задач D и Π. Рассмотрим в Π следующие спектральные задачи.

Задача 3 (собственные функции и собственные значения задачи D). Найти число λC и функцию v(x)0, удовлетворяющие условиям

Lv(x)=λv(x),xΠ, (12)

v(x1,0)=v(x1,q)=0,0x1p,v(0,x2)=v(p,x2)=0,0x2q. (13)

Пусть w(x) — собственная функция задачи (10), (11). Введем функции

w1±(x)=w(x)±w(I1x)2;w2±(x)=w(I2x)±w(I3x)2

и составим из них следующие комбинации:

v1(x)=w1+(x)+w2+(x)212w(x)+w(I1x)2+w(I2x)+w(I3x)2,v2(x)=w1+(x)w2+(x)212w(x)+w(I1x)2w(I2x)+w(I3x)2,v3(x)=w1(x)+w2(x)212w(x)w(I1x)2+w(I2x)w(I3x)2,v4(x)=w1(x)w2(x)212w(x)w(I1x)2w(I2x)w(I3x)2. (14)

Заметим, что из условий w(x)|Π=0 w(Ijx)|Π=0, j=1,2,3, следует, что v(Ijx)|Π=0, j=1,2,3,4, где Π — граница области Π.

Введем следующие числа:

ε1=a0+a1+a2+a3,ε2=a0+a1a2a3,ε3=a0a1+a2a3,ε4=a0a1a2+a3.

Легко показать, что если wk,m(x)=Xk(x1)Ym(x2) — собственные функции задачи 1, то из (14) получаем следующую систему: [ (a)]

  1. vk,m(1)(x)=X2k1(x1)Y2m1(x2), k,m=1,2,;
  2. vk,m(2)(x)=X2k1(x1)Y2m(x2), k,m=1,2,;
  3. vk,m(3)(x)=X2k(x1)Y2m1(x2), k,m=1,2,;
  4. vk,m(4)(x)=X2k(x1)Y2m(x2), k,m=1,2,

Теорема 1. Пусть aj таковы, что εj0, j=1,4¯, и пусть wk,m(x)=Xk(x1)Ym(x2) — собственные функции задачи 1, а μk,m соответствующие собственные значения. Тогда функции vk,m(j)(x1,x2), k,m=1,2,, j=1,4¯, являются собственными функциями, а λk,m(j)=εjμk,m, k,m=1,2,, соответствующими собственными значениями задачи (12), (13).

Доказательство. Доказательство теоремы проводится непосредственным применением оператора L к функциям vk,m(j)(x1,x2), j=1,4¯. Напомним, что

vk,m(j)(x1,x2)=Xk(x1)Ym(x2),Xk(x1)=2psinkπpx1,Ym(x2)=2qsinmπqx2,

νk=kπp2,σm=mπq2,μk,m=νk+σm,

а также заметим, что

sinkπp(px1)=(1)k+1sinkπpx1,sinmπq(qx2)=(1)m+1sinmπqx2.

Пусть j=1. Тогда

vk,m(1)(px1,x2)=sin(2k1)πp(px1)sin(2m1)πqx2=X2k1(x1)Y2m1(x2),

vk,m(1)(px1,x2)=sin(2k1)πp(px1)sin(2m1)πqx2=X2k1(x1)Y2m1(x2),

vk,m(1)(px1,qx2)=sin(2k1)πp(px1)sin(2m1)πq(qx2)=X2k1(x1)Y2m1(x2).

Так как для любого постоянного λ имеет место равенство (sinλt)''=λ2sinλt, то, применяя к функции uk,m(1)(x) оператор L, имеем

Lvk,m(1)(x)=a0X''2k1(x1)Y2m1(x2)+a0X2k1(x1)Y''2m1(x2)+

+a1X''2k1(px1)Y2m1(x2)+a1X2k1(px1)Y''2m1(x2)+a2X''2k1(x1)Y2m1(qx2)+

+a2X2k1(x1)Y''2m1(qx2)+a3X''2k1(px1)Y2m1(qx2)+a3X2k1(px1)Y''2m1(qx2)=

=X2k1(x1)(x1)Y2m1(x2)(a0νka0σma1νk+a1σma2νk+a2σm+a3νk+a3σm)=

=X2k1(x1)(x1)Y2m1(x2)[a0(νk+σm)a1(νk+σm)a2(νk+σm)a3(νk+σm)]=

=(νk+σm)(a0+a1+a2+a3)X2k1(x1)(x1)Y2m1(x2)=

=μk,mε1X2k1(x1)(x1)Y2m1(x2)=λk,m(1)vk,m(1)(x).

Таким образом, для функции vk,m(1)(x) верно равенство

Lvk,m(1)(x)=λk,m(1)vk,m(1)(x),

т.е. vk,m(1)(x) являются собственными функциями оператора L, а λk,m(1) — соответствующими собственными значениями. Для остальных функций vk,m(j)(x1,x2), j=2,4¯, доказательство теоремы проводится аналогично.

Следствие 1. Система функций vk,m(j)(x1,x2), j=1,4¯, образует ортонормированный базис в пространстве L2(Π)

Рассмотрим следующую задачу.

Задача 4 (собственные функции и собственные значения периодической краевой задачи).

Найти функцию v(x)0 и число λC, удовлетворяющие условиям

Lv(x)=λv(x),xΠ,

v(x1,0)=v(x1,q),vx1(x1,0)=vx1(x1,q),0x1p,

v(0,x2)=v(p,x2),vx2(0,x2)=vx2(p,x2),0x2q.

Как и в случае задачи 3, если wk,m,i,j(x)=Xk,i(x1)Ym,j(x2) (k,m=0,1,2, i,j=1,2) — собственные функции задачи 2, то из (14) получаем следующие системы:

v0,0(1)(x)=X0(x1)Y0(x2)1pq,uk,0(1)(x)=Y0(x2)Xk,2(x1)1q2pcos2kπpx1;v0,m,2(1)(x)=X0(x1)Ym,2(x2)1p2qcos2mπqx2,vk,m(1)(x)=Xk,2(x1)Ym,2(x2)2pcos2kπpx12qcos2mπqx2,k,m=1,2,, (15)

v0,m(2)(x)=X0(x1)Ym,1(x2)1p2qsin2mπqx2,m=1,2,,vk,m,2,2(2)(x)=2pcos2kπpx12qsin2mπqx2,k,m=1,2,, (16)

 

vk,0(3)(x)=Xk,1(x1)Y0(x2)1q2psin2kπpx1,k=1,2,,vk,m(3)(x)=Xk,1(x1)Ym,2(x2)2psin2kπpx12qcos2mπqx2,k,m=1,2,, (17)

vk,m(4)(x)=Xk,1(x1)Ym,1(x2)2psin2kπpx12qsin2mπqx2,k,m=1,2,. (18)

Как и в случае задачи D можно доказать следующее утверждение.

Теорема 2. Пусть aj таковы, что εj0, j=1,4¯, и пусть wk,m,i,j(x)=Xk,i(x1)Ym,j(x2) (k,m=0,1,2, i,j=1,2) — собственные функции задачи 2, а μk,m — соответствующие собственные значения. Тогда функции vk,m(j)(x1,x2), k,m=1,2,, j=1,4¯, в (15)–(18) являются собственными функциями, а λk,m(j)=εjμk,m (k,m=1,2,) — соответствующими собственными значениями задачи 4.

Следствие 2. Система vk,m(j)(x1,x2), j=1,4¯, образует ортонормированный базис в пространстве L2(Π).

5. Существование и единственность решения задачи DВ этом разделе приведем основные утверждения относительно задачи D. Согласно теореме 2 система функций vk,m(j)(x1,x2)k,m=1, j=1,4¯, образует ортонормированный базис в пространстве L2Π. Тогда решение задачи D можно искать в виде разложения по системе vk,m(j)(x1,x2), т.е.

u(t,x1,x2)=k=1m=1j=14Tk,m(j)(t)vk,m(j)(x1,x2), (19)

где Tk,m(j) — неизвестные функции, k,m=1,2,, j=1,4¯.

Далее, функции φ(x1,x2) и ψ(x1,x2) также разложим в ряд по системе vk,m(j)(x1,x2):

φ(x1,x2)=k=1m=1j=14φk,m,j(t)vk,m(j)(x1,x2),

ψ(x1,x2)=k=1m=1j=14ψk,m,j(t)vk,m(j)(x1,x2),

где

φk,m,j(t)=φ(x1,x2),vk,m(j)(x1,x2),ψk,m,j(t)=ψ(x1,x2),vk,m(j)(x1,x2).

Учитывая ортогональность системы vk,m(j)(x1,x2), из (19) получим

uk,m,j(t)=u(t,x1,x2),vk,m(j)(x1,x2)0q0pu(t,x1,x2)vk,m(j)(x1,x2)dx1dx2. (20)

Применяя к равенству (20) с двух сторон оператор D2α, с учетом уравнения (1) получаем

D2αuk,m,j(t)=0q0pD2αu(t,x1,x2)vk,m(j)(x1,x2)dx1dx2=0q0pLxu(t,x1,x2)vk,m(j)(x1,x2)dx1dx2.

Далее, интегрируя по частям дважды и учитывая краевые условия (3), (13) и уравнение (12), имеем

D2αuk,m,j(t)=0q0pu(t,x1,x2)Lvk,m(j)(x1,x2)dx1dx1=

=λk,m,j0q0pu(t,x1,x2)vk,m(j)(x1,x2)dx1dx2=λk,m(j)uk,m,j(t).

Кроме того, из краевых условий (2) для функций uk,m,j(t) получим

uk,m,j(0)=0q0pu(0,x1,x2)vk,m(j)(x1,x2)dx1dx2=0q0pφ(x1,x2)vk,m(j)(x1,x2)dx1dx2=φk,m,j,

uk,m,j(T)=0q0pu(T,x1,x2)vk,m(j)(x1,x2)dx1dx2=0q0pψ(x1,x2)vk,m(j)(x1,x2)dx1dx2=ψk,m,j.

Таким образом, для нахождения неизвестных функций uk,m,j(t) получим следующую задачу:

D2αuk,m,j(t)λk,m(j)uk,m,j(t)=0,t(0,T),uk,m,j(0)=φk,m,j,uk,m,j(T)=ψk,m,j. (21)

Согласно лемме 2 решение этой задачи существует, единственно и имеет вид

uk,m,j(t)=φk,m,jCλk,m(j),t+ψk,m,jSλk,m(j),t, (22)

где функции Cλk,m(j),t определяются соответственно по формулам (8), (9).

Подставляя найденные функции (22) в (20), получаем, что решение задачи (1)–(4) может быть представлено в виде

u(t,x1,x2)=k=1m=1j=14φk,m,jCλk,m(j),t+ψk,m,jSλk,m(j),tuk,m,j(x1,x2). (23)

Теорема 3. Пусть εj>0, j=1,4¯, и функции φ(x1,x2) и ψ(x1,x2) удовлетворяет следующим условиям:

φ(x1,x2)C2(Π¯),φx1x1x2(x1,x2),φx1x2x2(x1,x2)C(Π¯),

ψ(x1,x2)C1(Π¯),ψx1x2(x1,x2)C(Π¯),

φ(x1,x2)|xΠ=0,ψ(x1,x2)|xΠ=0.

Тогда решение задачи (1)–(4) существует, единственно и может быть представлено в виде суммы ряда (23).

Доказательство. Единственность. Пусть функции u1(t,x1,x2) и u2(t,x1,x2) являются решениями задачи (1)–(4). Тогда функция u(t,x1,x2)=u1(t,x1,x2)u2(t,x1,x2) удовлетворяет уравнению (1) и однородным условиям (2|vk,m(j)(x1,x2)|C)–(4). По условию u(t,x1,x2)C(Q¯). Пусть vk,m(j)(x1,x2) — произвольные собственные функции спектральной задачи (12), (13), а λk,m(j) — соответствующие собственные значения. Рассмотрим функцию (20), т.е. uk,m,j(t)=u(t,x1,x2),vk,m(j)(x1,x2). В этом случае для функции uk,m,j(t) получаем задачу (21) с однородными краевыми условиями. Тогда

uk,m,j(t)=0u(t,x1,x2),vk,m(j)(x1,x2)=0.

Таким образом, функция u(t,x1,x2) ортогональна системе vk,m(j)(x1,x2), которая является полной и образует базис в пространстве L2Π. Значит, u(t,x1,x2)=0 для всех (x1,x2)Π¯ и t(0,T). Так как uC(Q¯), то получим, что u(t,x1,x2)0, (t,x1,x2)Q¯, т.е. u1(t,x1,x2)u2(t,x1,x2), (t,x1,x2)Q¯.

Существование. По построению функция u(t,x1,x2) удовлетворяет уравнению (1), условиям (2)–(4). Остаётся доказать правомерность этих действий. Сначала покажем, что u(t,x1,x2)C(Q¯). В дальнейшем C будет означать произвольную постоянную, значение которой нас не интересует.

Очевидно, |vk,m(j)(x1,x2)|C, (x1,x2)Π¯. Из леммы 3 также следует, что

0Cλk,m(j),t,Sλk,m(j),t1,t[0,T].

Тогда для функции u(t,x1,x2) из (23) получаем оценку

|u(t,x1,x2)|Ck=1m=1j=14(|φk,m,j|+|ψk,m,j|).

Исследуем сходимость рядов

k=1m=1j=14|φk,m,j|,k=1m=1j=14|ψk,m,j|.

Сначала оценим коэффициенты φk,m,j. По условию теоремы φ(x1,x2)|xΠ=0, т.е. выполняются условия

φ(0,x2)=φ(q,x2)=0,0x2q;φ(x1,0)=φ(x1,p)=0,0x1p

Рассмотрим случай j=1. Для коэффициентов φk,m,1 имеем

φk,m,1=0q0pφ(x1,x2)vk,m(j)(x1,x2)dx1dx2=

=2pq0q0pφ(x1,x2)sin(2k1)πpx1sin(2m1)πqx2dx1dx2=

=2pqp(2k1)π0q0pφ(x1,x2)dcos(2k1)πpx1sin(2m1)πqx2dx2=

=p(2k1)π2pq0qφ(x1,x2)cos(2k1)πpx1|x=0x=p0pφx1(x1,x2)cos(2k1)πpx1dx1×

×sin(2m1)πqx2dx2=2pqp(2k1)π0q0pφx(x1,x2)cos(2k1)πpx1sin(2m1)πqx1dx1dx2.

Далее, из условия φ(0,x2)=φ(p,x2)=0, 0x2q следует φx1(0,x2)=φx1(q,x2)=0 для всех x2[0,q]. Тогда

2pqp(2k1)π0q0pφx1(x1,x2)cos(2k1)πpx1sin(2m1)πqx2dx1dx2=

=2pqπ21(2k1)(2m1)0q0pφx1x2(x1,x2)cos(2k1)πpx1cos(2m1)πqx2dx1dx2.

Таким образом, для коэффициентов φk,m,1 справедливо равенство

φk,m,1=2pqπ21(2k1)(2m1)0q0pφx1x2(x1,x2)cos(2k1)πpx1cos(2m1)πqx2dx1dx2=

=C(2k1)(2m1)φk,m,11,1,

 где использовано обозначение

φk,m,11,1=0q0pφx1x2(x1,x2)cos(2k1)πpx1cos(2m1)πqx2dx1dx2.

Далее, применяя неравенство Коши– Шварца, получаем

k=1m=1|φk,m,1|Ck=1m=11(2k1)(2m1)|φk,m,11,1|=

=Ck=1m=11(2k1)2(2m1)2k=1m=1|φk,m,11,1|2.

Так как φx1x2(x1,x2)L2(Π), а система функций

wk,m(x1,x2)=cos(2k1)πpx1cos(2m1)πqx2,k,m=1,2,

является ортогональной в пространстве L2Π, то для коэффициентов φk,m,11,1 справедливо неравенство Бесселя

k=1m=1|φk,m,11,1|2φx1x22.

Кроме того,

k=1m=11(2k1)2(2m1)2=k=11(2k1)2m=11(2m1)2<. 

Таким образом,

k=1m=1|φk,m,1|<.

Аналогично оцениваем ряды

k=1m=1|φk,m,j|,j=2,3,4,k=1m=1|ψk,m,j|,j=1,4¯.

Например, для ряда

k=1m=1|ψk,m,1|

имеем

k=1m=1|ψk,m,1|k=1m=11(2k1)(2m1)ψk,m,11,1

k,m=11(2k1)2(2m1)2k,m=1ψk,m,11,12

k=11(2k1)2m=11(2m1)2ψx1x2L2(Π)<.

Следовательно, ряд

k=1m=1(|φk,m,1|+|ψk,m,1|), j=1

мажорирующий функциональный ряд (23), сходится. Согласно теореме Вейерштрасса (см. [3, с. 20]) ряд (23) сходится абсолютно и равномерно в области Q¯, а его сумма является непрерывной функцией в этой замкнутой области.

Далее покажем, что ux1x1(t,x1,x2)C(Q). Для этого продифференцируем дважды по x1 функцию u(t,x1,x2) из (23):

ux1x1(t,x1,x2)=k=1m=1j=14φk,m,jCλk,m(j),t+ψk,m,jSλk,m(j),t2vk,m(j)(x1,x2)x12.

Введем обозначение

Sk,m,j=φk,m,jCλk,m(j),t+ψk,m,jSλk,m(j),t2vk,m(j)(x1,x2)x12

и пусть . Так как

2vk,m(j)(x1,x2)x12=2pq(2k1)πp2sin(2k1)πpx1sin(2k1)πqx2,

то для случая j=1 имеем

k=1m=1Sk,m,1=k=1m=1φk,m,1Cλk,m(1),t+ψk,m,1Sλk,m(1),t2vk,m(j)(x1,x2)x12=

=2pqk=1m=1(2k1)πp2φk,m,1Cλk,m(1),t+ψk,m,1Sλk,m(1),t×

×sin(2k1)πpx1sin(2k1)πqx2.

Если , то из леммы 4 следует

Cλk,m(1),tC1λk,m(1),Sλk,m(1),tCexpλk,m(1)12α(tT),

где

λk,m(1)=ε1(2k1)πp2+(2m1)πq2.

Тогда для суммы

k=1m=1Sk,m,1

получаем оценку

k=1m=1Sk,m,1

Ck=1m=1(2k1)πp2|φk,m,1|λk,m(1)+(2k+1)πp2expλk,m(1)12α(tT)|ψk,m,1|.

Таким образом, необходимо исследовать сходимость рядов

R1=k=1m=1(2k1)πp2|φk,m,1|λk,m(1),

R2=k=1m=1(2k1)πp2expλk,m(1)12α(tT)|ψk,m,1|.

Используя условие φx1x1x2(x1,x2)L2(Π), для φk,m,1 имеем

φk,m,1=Cφk,m,11,1(2k1)(2m1)==C(2k1)(2m1)0q0pφx1x2(x1,x2)cos(2k1)πpx1cos(2m1)πqx2dx1dx2==C(2k1)2(2m1)0q0pφx1x1x2(x1,x2)sin(2k1)πpx1cos(2m1)πqx2dx1dx2==Cφk,m,12,1(2k1)2(2m1),

где введено обозначение

φk,m,12,1=0q0pφx1x1x2(x1,x2)sin(2k1)πpx1cos(2m1)πqx2dx1dx2.

Отсюда

R1k=1m=1(2k1)πp2|φk,m,1|λk,m(1)Ck=1m=11λk,m(1)(2m1)φk,m,12,1

Ck=1m=11(2k1)2(2m1)2k=1m=1φk,m,12,12<. (24)

Здесь мы использовали неравенства Коши– Шварца и Бесселя, а также неравенство

1λk,m(1)=C(2k1)πp2+(2m1)πq2C(2k1)2+(2m1)2C(2k1)2.

Рассмотрим второй ряд. Учитывая неравенство

expa(λk,m(1))1αexpaλk,m(1)=expa(2k1)πp2expa(2m1)πq2,a>0

и далее применяя неравенства Коши– Шварца и Бесселя, получим

R2=k=1¥m=1¥(2k-1)πp2exp(λk,m(1))12α(t-T)|ψk,m,1|£

k=1m=1(2k1)πp4expλk,m(1)1α(tT)k=1m=1|ψk,m,1|2

Ck,m=1(2k1)4exp(2k1)2α(Tt)n=11exp(2m1)2α(Tt)ψ(x1,x2)L2(Π)<. (25)

 Из (24) и (25) следует, что ряд

k=1m=1Sk,m,1(x1,x2)

сходится абсолютно и равномерно в любой замкнутой подобласти Q¯δQ, и, следовательно, его сумма принадлежит классу C(Q). Аналогично доказывается сходимость рядов

k=1m=1Sk,m,j(x1,x2),j=2,3,4.

Следовательно, ux1x1(t,x,y)C(Q). Таким же образом доказывается, что функция ux1x2(t,x1,x2) принадлежить классу CQ. Далее, так как ux1x1,ux1x2C(Q), то ΔuC(Q). Отсюда Lxu(t,x1,x2)C(Q) и в силу равенства Dt2αu(t,x1,x2)=Lxu(t,x1,x2) получаем, что функция Dt2αu(t,x,y) также принадлежит классу C(Q).

6. Существование и единственность решения задачи P. В этом разделе приведем основное утверждение относительно задачи P.

Теорема 4. Пусть функции φ(x,y) и ψ(x,y) удовлетворяет следующим условиям:

φ(x,y)C2Π¯,φxxy(x,y),φxyy(x,y)C(Π¯),ψC1(Ω¯x1,x2),ψx1x2C(Ω¯x1,x2),

φ(0,y)=φ(p,y),φ'(0,y)=φ'(p,y),ψ(x,0)=ψ(x,q),

ψ'(x,0)=ψ'(x,q),0xp,0yq.

Тогда решение задачи P существует, единственно и представляется в виде ряда

u(t,x,y)=k=0m=0j=14φk,m,jCλk,m(j),t+ψk,m,jSλk,m(j),tvk,m(j)(x1,x2),

где φk,m,j, ψk,m,j — коэффициенты Фурье функции φ(x,y) и ψ(x,y) соответственно, vk,m(j)(x1,x2) определяются из (15)–(22), а λk,m(j) имеют вид

λk,m(j)=εjμk,mεj2kπp2+2mπq2,k,m=0,1,2,,j=1,4¯.

×

Об авторах

Батир Худайбергенович Турметов

Международный казахско-турецкий университет им. Х. А. Ясави

Автор, ответственный за переписку.
Email: turmetovbh@mail.ru
Казахстан, Туркестан

Кадиркулов Бахтиёр Кадиркулов

Ташкентский государственный университет востоковедения

Email: kadirkulovbj@gmail.com
Узбекистан, Ташкент

Список литературы

  1. Андреев А. А. Об аналогах классических краевых задач для одного дифференциального уравнения второго порядка с отклоняющимся аргументом // Диффер. уравн. – 2004. – 40, № 8. – С. 1126–1128.
  2. Бурлуцкая М. Ш., Хромов А. П. Метод Фурье в смешанной задаче для уравнения с частными производными первого порядка с инволюцией // Ж. вычисл. мат. мат. физ. – 2011. – 51, № 12. – С. 2233–2246.
  3. Ильин В. А., Позняк Э. Г. Основы математического анализа. – М.: Физматлит, 2009.
  4. Линьков А. В. Обоснование метода Фурье для краевых задач с инволютивным отклонением // Вестн. Самар. ун-та. – 1999. – 12, № 2. – С. 60–66.
  5. Масаева О. Х. Единственность решения задачи Дирихле для многомерного уравнения в частных производных дробного порядка // Вестн. КРАУНЦ. Физ.-мат. науки. – 2018. – № 4 (24). – С. 50–53.
  6. Масаева О. Х. Задача Дирихле для обобщённого уравнения Лапласа с дробной производной // Челяб. физ.-мат. ж. – 2017. – 2, № 3. – С. 312–322.
  7. Масаева О. Х. Задача Неймана для обобщенного уравнения Лапласа // Вестн. КРАУНЦ. Физ.-мат. науки. – 2018. – № 3 (23). – С. 83–90.
  8. Масаева О. Х. Задача Дирихле для обобщенного уравнения Лапласа с производной Капуто // Диффер. уравн. – 2012. – 48, № 3. – С. 442–446.
  9. Михлин С. Г. Линейные уравнения в частных производных. – М.: Высшая школа, 1977.
  10. Нахушев А. М. Уравнения математической биологии. – М.: Высшая школа, 1995.
  11. Al-Salti N., Kerbal S., Kirane M. Initial-boundary-value problems for a time-fractional differential equation with involution perturbation // Math. Model. Nat. Phenom. –2019. – 14, № 3. – P. 1–15.
  12. Ashyralyev A., Sarsenbi A. Well-posedness of a parabolic equation with involution // Num. Funct. Anal. Optim. – 2017. – 38, № 10. – P. 1295–1304.
  13. Ashyralyev A., Sarsenbi A. M. Well-posedness of an elliptic equation with involution // Electron. J. Differ. Equations. – 2015. – 284.
  14. Cabada A., Tojo F. A. F. On linear differential equations and systems with reflection // Appl. Math. Comput. – 2017. – 305. – P. 84–102.
  15. Cascaval R. C., Eckstein E. C., Frota C. L., Goldstein J. A. Fractional telegraph equations // J. Math. Anal. Appl. – 2002. – 276, № 1. – P. 145–159.
  16. Dulce M., Getmanenko A. On the relationship between the inhomogeneous wave and Helmholtz equations in a fractional setting // Abstr. Appl. Anal. – 2019. –1483764.
  17. Gorenflo R., Kilbas A. A., Mainardi F., Rogosin S. V. Mittag-Leffler Functions, Related Topics, and Applications. – New York–Dordrecht–London: Springer-Verlag, 2014.
  18. Kilbas A. A., Srivastava H. M., Trujillo J. J. Theory and Applications of Fractional Differential Equations. – Amsterdam: North-Holland, 2006.
  19. Kirane M., Al-Salti N. Inverse problems for a nonlocal wave equation with an involution perturbation // J. Nonlin. Sci. Appl. – 2016. – 9. – P. 1243–1251.
  20. Kirane M., Malik S. A., Al-Gwaiz M. An inverse source problem for a two dimensional time fractional diffusion equation with nonlocal boundary conditions // Math. Meth. Appl. Sci. –2012. – 36, № 9. – P. 1056–1069.
  21. Kirane M., Samet B., Torebek B. T. Determination of an unknown source term temperature distribution for the sub-diffusion equation at the initial and final data // Electron. J. Differ. Equations. – 2017. – 257.
  22. Kopzhassarova A., Sarsenbi A. Basis properties of eigenfunctions of second-order differential operators with involution // Abstr. Appl. Anal. – 2012. – 576843.
  23. Malik S. A., Aziz S. An inverse source problem for a two parameter anomalous diffusion equation with nonlocal boundary conditions // Comput. Math. Appl. – 2017. – 73, № 12. – P. 2548–2560.
  24. Przeworska-Rolewicz D. Some boundary-value problems with transformed argument // Comment. Math. Helvet. – 1974. – 17. – P. 451–457.
  25. Tokmagambetov N., Torebek B. T. Well-posed problems for the fractional Laplace equation with integral boundary conditions // Electron. J. Differ. Equations. – 2018. – 90.
  26. Torebek B. T., Tapdigoglu R. Some inverse problems for the nonlocal heat equation with Caputo fractional derivative // Math. Meth. Appl. Sci. – 2017. – 40. – P. 6468–6479.
  27. Turmetov B. Kh., Torebek B. T. On solvability of some boundary value problems for a fractional analogue of the Helmholtz equation // New York J. Math. – 2014. – 20. – P. 1237–1251.
  28. Turmetov B. Kh., Torebek B. T. On a class of fractional elliptic problems with an involution perturbation // AIP Conf. Proc. – 2016. – 1759. – 020070.
  29. Turmetov B. Kh., Torebek B. T., Ontuganova Sh. Some problems for fractional analogue of Laplace equation // Int. J. Pure Appl. Math. – 2014. – 94, № 4. – P. 525–532.

Дополнительные файлы

Доп. файлы
Действие
1. JATS XML

© Турметов Б.Х., Кадиркулов К.Б., 2022

Согласие на обработку персональных данных

 

Используя сайт https://journals.rcsi.science, я (далее – «Пользователь» или «Субъект персональных данных») даю согласие на обработку персональных данных на этом сайте (текст Согласия) и на обработку персональных данных с помощью сервиса «Яндекс.Метрика» (текст Согласия).