THE IMPERATIVE OF DIGITALIZATION OF TRADITIONAL SECTORS OF THE RUSSIAN ECONOMY

Cover Page

Cite item

Full Text

Abstract

The study defines the role of digitalization of the economy as a tool to ensure the technological sovereignty of the Russian Federation. An analysis of various approaches to understanding digitalization and its impact on the sectors of the Russian economy was carried out. Emphasis is placed on traditional industries that are not dependent on the level of development of R&D in production activities. Particular attention is paid to the development of the manufacturing industry, where big data technologies, cloud services and RFID technologies are actively being introduced. The key challenges of economic digitalization are identified, and possible solutions to these challenges are proposed.

Full Text

Цифровизация экономики становится ключевым инструментом обеспечения технологического суверенитета России, особенно в условиях санкционного давления и необходимости снижения зависимости от иностранных технологий. Этот процесс включает комплекс мер по развитию отечественных цифровых решений, инфраструктуры и кадров, направленных на укрепление национальной безопасности и конкурентоспособности.

Традиционные отрасли – это так называемые «неинновационные отрасли», которые не характеризуются высокой зависимостью от научных исследований и разработок для своей деятельности. Они обычно не требуют значительных инвестиций в НИОКР и могут быть связаны с производством традиционных товаров или услуг, не требующих передовых технологий. К ним можно отнести сельское хозяйство, торговлю, услуги, обрабатывающую промышленность.

В Концепции технологического развития РФ предусмотрено, что к концу 2030 года Россия должна иметь собственную научную и кадровую технологическую базу критических и сквозных технологий, а также компании и предпринимателей с высокой инновационной активностью.

Запланировано достижение трех ключевых целей:

  1. Обеспечение национального контроля над воспроизводством критических и сквозных технологий. К ним относятся технологии в области микроэлектроники, станкостроения, биоинженерии, обработки материалов, а также технологии искусственного интеллекта, новых материалов, накопления энергии и систем связи. Показателями достижения этой цели к 2030 году являются уровень технологического суверенитета по видам продукции, уровень развития критических и сквозных технологий, увеличение внутренних затрат на исследования и разработки не менее чем на 45% и снижение коэффициента технологической зависимости в 2,5 раза.
  2. Переход к инновационно ориентированному росту и усиление роли технологий как фактора развития экономики и социальной сферы. Показателями достижения этой цели являются: рост уровня инновационной активности организаций в 2,3 раза, увеличение затрат на инновационную деятельность в 1,5 раза, рост объема инновационных товаров, работ и услуг в 1,9 раза, увеличение числа патентных заявок в 2,4 раза, рост количества крупных технологических компаний в 5 раз, в том числе малых – в 2,3 раза, а также увеличение темпов роста частных инвестиций в малые технологические компании в 3 раза.
  3. Технологическое обеспечение устойчивого функционирования и развития производственных систем. К 2030 году предусмотрено экономическое развитие на уровне не менее 20% за счет увеличения доли организаций обрабатывающей промышленности, осуществляющих технологические инициативы, в 1,6 раза, а также за счет повышения доли высокотехнологичной промышленной продукции в общем объеме потребления до 75%.

По мнению ОЭСР, цифровизация экономики – это экономическая деятельность, основанная или значительно улучшенная за счет использования цифровых ресурсов, таких как цифровые технологии, цифровая инфраструктура, цифровые услуги и данные [1].

Однако в других научных трудах цифровизацию экономики рассматривают через различные подходы: эффективностный, структурный, технологический, ресурсный и т.д., что отражает многогранность понятия (табл. 1).

 

Таблица 1. Типология подходов к понятию «цифровизация экономики»

ТИП ПОДХОДА

ОПИСАНИЕ

Эффективностный подход

Резниченко П.Ю. [2]

Акцент делается на рост производительности и снижение издержек за счёт автоматизации процессов, по аналогии с промышленными предприятиями, где внедрение IoT и big data сокращает циклы производства на 20–30%.

Структурный подход

Бабкин А.В., Буркальцева Д.Д. [3]

Упор делается на трансформацию экономических моделей, включая переход к платформенным решениям, которые перестраивают цепочки ценообразования, устраняя посредников.

Ресурсно-факторный подход

Попов В.Д., Дроздовский С.В. [4]

Данные являются ключевым ресурсом, заменяющим традиционные факторы производства.

Коммуникативный подход

Вартанова Е.Л., Гладкова А.А. [5]

Фокус устанавливается на глобализации взаимодействий через цифровые каналы, как в случае с системами электронного документооборота, которые сокращают время согласования контрактов с недель до часов.

Платформенный подход

Роше Ж.-Ш., Тироль Ж. [6]

Основой являются экосистемы, объединяющие государство, бизнес и граждан в единое цифровое пространство, что повышает прозрачность экономики.

Управленческий подход

Захарова В.Д., Роговская Н.И. [7]

Цифровизация напрямую связана с оптимизацией решений через ИИ, как в проекте «Цифровой двойник города», где предиктивная аналитика снижает затраты на инфраструктуру на 15-25%.

Политэкономический подход

Кастельс М., Глазьев С.Ю. [8]

Цифровизация является новым типом хозяйства, где доминируют сетевые структуры и цифровые активы, что меняет традиционные показатели ВВП и занятости.

Технологический подход

Грибанов Ю.И., Репин Н.В. [9]

Цифровизация – это внедрение сквозных технологий, которые формируют «умные» производства.

 

Разнообразие трактовок подчёркивает, что цифровизация – не только технический процесс, но и системная трансформация социально-экономических отношений, которая затрагивает все уровни экономики - от микроуровня отдельных предприятий до макроуровня национальных экономик. На микроуровне цифровизация меняет принципы организации производства, управления персоналом и взаимодействия с клиентами. Например, внедрение систем предиктивной аналитики позволяет предприятиям предвидеть спрос и оптимизировать запасы, а использование чат-ботов и цифровых сервисов существенно улучшает качество клиентского обслуживания.

На макроуровне цифровизация способствует формированию новых экономических укладов и моделей развития. Появляются так называемые цифровые экосистемы, объединяющие различные отрасли и участников рынка в единую сеть. Это приводит к появлению новых форм конкуренции, где ключевым становится не только ценовое преимущество, но и качество цифровых сервисов, скорость обработки данных и способность к инновациям.

Особую роль играет трансформация трудовых отношений: цифровизация создает новые профессии и компетенции, одновременно делая некоторые традиционные специальности менее востребованными. Также растет доля удаленной работы, появляются гибкие форматы занятости, развиваются платформы для фрилансеров и самозанятых. Все это требует от работников постоянного обучения и адаптации к новым условиям.

В социальной сфере цифровизация способствует формированию новых моделей потребления и образа жизни. Цифровые сервисы нацелены на изменение привычек людей, их предпочтений и поведения на рынке. Именно поэтому появляются новые формы социального взаимодействия, меняются паттерны потребления товаров и услуг. Например, развитие сервисов доставки и бесконтактных платежей существенно изменило поведение потребителей в сфере розничной торговли. Экономические отношения становятся более прозрачными и измеримыми благодаря цифровым технологиям. Это касается как финансовых операций, так и цепочек поставок, маркетинговых исследований и анализа потребительского поведения. Большие данные позволяют получать более точные прогнозы и принимать обоснованные управленческие решения на всех уровнях экономики.

В контексте технологического суверенитета цифровизация становится ключевым инструментом обеспечения независимости страны в технологической сфере. Технологический суверенитет определяется наличием собственных критических и сквозных технологий, линий разработки и условий производства продукции на их основе. Это обеспечивает устойчивую возможность государства достигать национальных целей развития и реализовывать свои интересы [10].

Цифровизация позволяет создать замкнутые технологические циклы внутри страны, минимизируя зависимость от иностранных поставщиков. Развитие отечественного программного обеспечения, аппаратных решений и цифровых платформ становится приоритетным направлением государственной политики. Особое внимание уделяется созданию собственных линий разработки критически важного оборудования, включая цифровое радиорелейное оборудование и оптические мультиплексоры.

Наиболее важным аспектом достижения технологического суверенитета является формирование нормативно-правовой базы, которая поддерживает развитие цифровых технологий.

Государство использует следующий комплекс мер поддержки:

  1. Предоставление налоговых льгот компаниям, занимающимся цифровизацией.
  2. Финансирование научных исследований и разработок.
  3. Поддержка образовательных программ в сфере IT.
  4. Создание специальных экономических зон для технологических компаний.

Ускоренный рост внедрения цифровых решений в России происходит в обрабатывающей промышленности, превышая мировые показатели [11]. В 2022 году обрабатывающие производства активно внедряли различные цифровые технологии, статистика по которым отражена на рисунке 1. Данная визуализация создана с использованием данных, предоставленных Институтом статистических исследований и экономики знаний НИУ ВШЭ, и фокусируется на показателе максимальной скорости передачи данных предприятий [12].

 

Рисунок. Удельный вес организаций обрабатывающей промышленности, использовавших цифровые технологии в 2022 году

 

По итогам 2022 года в российской промышленности лидирующую позицию занимают технологии сбора, обработки и анализа больших данных, доля которых составляет 32,9% от общего числа используемых цифровых решений из-за их способности оптимизировать производственные процессы и повышать эффективность работы предприятий. Эти технологии позволяют анализировать огромные массивы производственных данных в реальном времени, что помогает выявлять слабые места, прогнозировать сбои и улучшать качество продукции. Кроме того, они способствуют более точному планированию ресурсов и снижению издержек производства.

Второе место по популярности занимают облачные сервисы, которые внедрены в 30,7% организаций. Эти технологии позволяют осуществлять комплексную обработку данных как для бизнес-процессов, так и для производственных операций, включая работу с устройствами интернета вещей.

Технологии RFID-меток применяются в 19,1% компаний, преимущественно в системах управления производственным циклом оборудования [12]. Важно отметить, что эти технологии находят применение не только в обрабатывающей промышленности, но и в других ее отраслях.

Цифровые платформы интегрированы в деятельность 14,3% производственных компаний. Наименее распространены в промышленном секторе цифровые двойники (3,5%), хотя их использование в 2,7 раза превышает средний показатель по экономике. При этом внедрение искусственного интеллекта (5,5%) находится ниже среднего уровня по экономике в целом [12].

Следовательно, ключевыми направлениями цифровизации в обрабатывающей промышленности являются разработка и внедрение «умного производства», которое позволяет повысить эффективность использования основных фондов и сырья, а также расширить технологические и производственные возможности предприятий, освоение «цифрового инжиниринга» для сокращения сроков вывода продукции на рынок и уменьшения себестоимости разработки и обеспечение технологической независимости через замещение импортного промышленного и инженерного программного обеспечения.

Также стоит отметить, что при стремительной трансформации экономики и обрабатывающей промышленности выявляются существенные проблемы. Ключевой из них является недостаточная кибербезопасность и киберзащищенность. Например, масштабный переход на удаленный формат работы привел к значительному росту числа используемых корпоративных устройств – их количество увеличилось более чем на 40%, включая планшеты и смартфоны [13]. Параллельно с этим на 40% возрос объем обрабатываемой информации. Однако системы киберзащиты не были соответствующим образом масштабированы, что создает серьезные риски для информационной безопасности. Дополнительно стоит отметить, что в обрабатывающей промышленности наблюдается относительно низкая доля отечественного программного обеспечения – 29,5%, что, хотя и несколько выше среднего показателя по экономике (28,4%), но может негативно влиять на общий уровень информационной безопасности в секторе [12].

Российская политика цифровизации промышленности активно развивается в соответствии с глобальными тенденциями, охватывая полный жизненный цикл продукции – от проектирования до сервисного обслуживания. Цифровое преобразование включает в себя внедрение концепции «умной» промышленности, оптимизацию производственных процессов, совершенствование моделей продаж и обслуживания, а также использование передовых технологий: цифровых двойников, IoT, предиктивной аналитики и цифровых платформ.

Цифровизация промышленности в настоящее время сфокусирована на трех основных направлениях: внедрение специализированного промышленного программного обеспечения и инженерных решений, совершенствование систем электронного документооборота и повышение уровня цифровой компетентности сотрудников. При этом наблюдается значительный дефицит развития важнейших технологических направлений, включая промышленные роботы и искусственный интеллект. Особенно остро стоит проблема отсутствия эффективных инструментов для ускорения процессов разработки и тестирования продукции, что особенно критично для машиностроительного сектора.

На основе изложенного можно сделать некоторые выводы.

- Цифровизация обрабатывающей промышленности в России демонстрирует впечатляющие темпы роста, превышающие мировые показатели, при этом наиболее активно внедряются технологии обработки больших данных и облачные сервисы.

- Несмотря на положительную динамику, существует ряд критических проблем: недостаточный уровень кибербезопасности, низкая доля отечественного ПО и существенный разрыв в развитии таких технологий, как искусственный интеллект и промышленные роботы. Особую тревогу вызывает отсутствие адекватного масштабирования систем защиты информации в условиях резкого роста числа корпоративных устройств и объема обрабатываемых данных.

Для успешного преодоления существующих барьеров необходима активная государственная поддержка, особенно в сегменте среднего и малого бизнеса, а также решение проблем с финансированием и подготовкой квалифицированных специалистов в сфере цифровых технологий.

×

About the authors

E. E. Tolikova

Bauman Moscow State Technical University

Email: kor@rom05.ru

Doctor of Economic Sciences, Professor

Russian Federation, Russia, Moscow

R. A. Korobeishchikov

Bauman Moscow State Technical University

Author for correspondence.
Email: kor@rom05.ru

Student

Russian Federation, Russia, Moscow

References

  1. Доклад ОЭСР для G20 “A roadmap toward a common framework for measuring the digital economy” // OECD. 2020. – [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://web-archive.oecd.org/2020-07-23/559604-roadmap-toward-a-common-framework-for-measuring-the-digital-economy.pdf.
  2. Резниченко П.Ю. Эффективностный подход к цифровой трансформации промышленности // Цифровая экономика: технологии и управление. – 2024. – № 5. – С. 45-58.
  3. Бабкин А.В., Буркальцева Д.Д. Структурные изменения в цифровой экономике: платформенные решения и цепочки создания стоимости // Вопросы прикладной экономики. – 2023. – Т. 15. № 2. – С. 112-125.
  4. Попов В.Д., Дроздовский С.В. Информационно-коммуникационная составляющая цифровой экономики: проблемы и перспективы развития // Коммуникология. – 2018. – №2.
  5. Вартанова Е.Л., Гладкова А.А. Цифровое неравенство и цифровая включенность: динамика теоретических подходов // Вестник Московского университета. Серия 10: Журналистика. – 2021. – № 1. – С. 34-49.
  6. Rochet J.-C., Tirole J. Platform Competition in Two-Sided Markets // Journal of the European Economic Association. – 2003. – Vol. 1. № 4. – P. 990-1029.
  7. Захарова В.Д., Роговская Н.И. Проблемы и перспективы управления предприятием на основе искусственного интеллекта // Инновации и экономика. – 2023. – № 1. – С. 78-89.
  8. Кастельс М., Глазьев С.Ю. Цифровая политэкономия: сетевая парадигма // Экономические стратегии. – 2022. – № 3. – С. 12-27.
  9. Грибанов Ю.И., Репин Н.В. Сквозные технологии в промышленности: IoT и big data // Вопросы прикладной экономики. – 2023. – Т. 15. № 2. – С. 130-142.
  10. Распоряжение Правительства Российской Федерации от 20 мая 2023 г. № 1315-р «Об утверждении Концепции технологического развития на период до 2030 года» (с изменениями и дополнениями) // Правительство России: официальный сайт. – [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://government.ru/docs/all/147621/.
  11. Industry 4.0 Market // Mordor Intelligence: официальный сайт. – [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://www.mordorintelligence.com/industry-reports/industry-4-0-market.
  12. Цифровая экономика: 2024: краткий статистический сборник / В.Л. Абашкин, Г.И. Абдрахманова, К.О. Вишневский, Л.М. Гохберг и др.; Нац. исслед. ун-т «Высшая школа экономики». – М.: ИСИЭЗ ВШЭ, 2024. – 124 с.
  13. Фоменко Е.В., Лунева Т.В., Никитин Э.В. Реализация политики цифровой трансформации в обрабатывающей промышленности России // Индустриальная экономика. – 2022. – №5.

Supplementary files

Supplementary Files
Action
1. JATS XML

Согласие на обработку персональных данных

 

Используя сайт https://journals.rcsi.science, я (далее – «Пользователь» или «Субъект персональных данных») даю согласие на обработку персональных данных на этом сайте (текст Согласия) и на обработку персональных данных с помощью сервиса «Яндекс.Метрика» (текст Согласия).