№ 11 (2025)

Предметом исследования является возможность эстетики критиковать современное искусство. Современное искусство не воспринимается эстетической критикой. Эстетика, оторванная от процесса создания и оценки искусства, обнаруживает дефицит критической способности. Сегодня уже не эстетика критикует искусство, а искусство критикует эстетику. В эпоху модернизма эстетика была важным средством понимания искусства, однако она никогда не критиковала конкретное произведение искусства, а только рассматривала искусство в целом, на уровне обобщений. Целью данного исследования является изучение кризиса эстетики, из-за которого эстетика не может критиковать современное искусство. Современное искусство вызывает к жизни не только новую критическую эстетику, но и философию искусства, поскольку оно способствует утверждению соответствующей времени системы ценностей. Исследование проводилось посредством философской рефлексии о кризисе эстетики и применения метода философского анализа. Методология исследования опирается на концепт «практическая эстетика», методологию социокультурного анализа современного искусства, методы традиционной эстетики и сравнительный анализ концепций развития современной эстетике: реконфигурация эстетики и практическая эстетика, которая осмысливает феномен эстетизации повседневной жизни как средство расширения сферы применения эстетики. Однако эволюция эстетики приводит к ее самоаннигиляции, а практическая эстетика является скорее формой самообмана. Актуальному искусству присуще нарушать господствующие эстетические нормы и создавать новые эстетические тенденции. С 1990-х годов этнографический акцент в современном искусстве, деконструировал концептуальные оппозиции в политическом контексте деколонизации, разрушив такие полярности, как первый и третий мир, центр и периферия, Запад и Восток. В современном искусстве критика идентичности и гибридности стали центральными темами. Постколониальный дискурс заострил вызов традиционной эстетике. Критическая сила эстетики должна перейти на практический уровень, то есть открыть границы, т.е. принять современное искусство, активно участвовать в оценке и критике актуальных художественных событий, чтобы не избегать реального художественного процесса, а вернуть себе способность анализировать актуальные художественные процессы.

Статья посвящена исследованию ракурса онтологии архитектуры известного искусствоведа, архитектора и мыслителя Джона Рёскина. Основной акцент сделан на выявлении его подхода, который может быть применен в том числе и к развитию современных "новых онтологий" и/или "плоских онтологий" в архитектуре и, возможно, в других видах искусства. Дается оценка подходу Рёскина с точки зрения опыта в интерпретациях изменяющейся архитектурной реальности. В обобщении научного дискурса онтологии архитектуры выявлены некоторые ключевые проблемные вопросы, в частности, показано, что в отечественном дискурсе этому понятию почти не уделяется внимания, а среди зарубежных исследователей акцент в основном сделан на выявлении конкретных "проявлений" онтологий. Кроме того, дается оценка поиску Рёскином теоретико-методологических оснований онтологии архитектуры. Основным методологическим ракурсом исследования является системный анализ, позволяющий встроить подход Джона Рёскина как в теорию архитектуры, так и в онтологию архитектуры. Основными выводами проведенного исследования, основные итоги которого представлены в настоящей статье, являются следующие положения: 1) оценена эвристическая значимость категории онтологии архитектуры в позиций как отечественного научного дискурса, так и зарубежного; 2) обобщен опыт анализа архитектуры Джоном Рёскином в традиционном или классическом ключе, восходящем к классической античной традиции, а также опирающемся на сложившуюся архитектурную теорию, в рамках которой, например, четко разделены Архитектура и Строительство; 3) показано значение подхода Рёскина для анализа современных явлений архитектуры, основанных в том числе и на так называемых "новых онтологиях"; 4) выявлена возможность применения подхода Рёскина к анализу современных явлений архитектуры и меняющейся архитектурной реальности, обоснована их научная ценность.

Предметом исследования в данной работе являются традиции неоновой рекламы Гонконга и США, рассматриваемые как два ключевых и одновременно контрастных феномена мировой визуальной культуры. Анализ охватывает историческое развитие неоновой рекламы с 1920-х годов до современности, а также её эстетические, семиотические и пространственно-урбанистические особенности. Особое внимание уделяется сравнению принципов формообразования, художественной выразительности, структурирования информации и взаимодействия неоновых объектов с архитектурной средой. В рамках исследования изучается, каким образом американская традиция, ориентированная на создание крупномасштабных, визуально автономных объектов, противопоставляется гонконгской модели, характеризующейся высокой плотностью размещения, вертикальной многоярусностью и насыщенной полихромной средой. Предмет исследования также включает анализ причин современного кризиса неоновой рекламы и факторов, влияющих на её трансформацию в условиях технологических и градостроительных изменений. Исследование основано на междисциплинарной методологии, объединяющей культурологический, урбанистический, семиотический и искусствоведческий анализ для сопоставления исторических, эстетических и пространственных характеристик неоновой рекламы Гонконга и США. Научная новизна исследования заключается в комплексном сравнительном анализе двух крупнейших мировых центров неоновой культуры – Гонконга и США – через призму их исторических траекторий, художественных принципов и семиотических систем. Впервые сопоставляются не только визуальные и композиционные особенности неоновых вывесок, но и их взаимодействие с архитектурой, роль в формировании городской идентичности и степень влияния на культурное восприятие городской среды. Выводы исследования показывают, что американская традиция развивалась в сторону создания монументальных, автономных визуальных объектов, тогда как гонконгская модель опиралась на плотную вертикальную структуру и множественность визуальных сигналов. Установлено, что обе традиции переживают современный кризис, обусловленный технологической заменой неона светодиодными системами, экономическими ограничениями и изменениями градостроительных норм. В работе подчёркивается важность сохранения неонового наследия как ценного культурного явления и необходимость разработки стратегий его защиты и переосмысления в современных условиях.

Статья посвящена систематическому анализу творческой рецепции и фундаментальной трансформации наследия Жильбера Симондона в философском проекте Жиля Делеза. Цель исследования заключается в демонстрации того, что онтология процесса, разработанная Симондоном в противовес субстанциальной метафизике и гилеморфической схеме, выступила для Делеза ключевым онтологическим фундаментом. В работе доказывается, что такие концепты Симондона, как индивидуация, доиндивидуальное поле, метастабильность и трансдукция, были не просто заимствованы, но подвергнуты радикальной теоретической переработке. В результате этой операции они были масштабированы с уровня описания конкретных физико-биологических процессов до уровня универсальной онтологии, которая и легла в основу делезовской метафизики различия. Кроме того, Делез трансформирует симондонианский метод «начала с середины» в трансцендентальную логику синтеза, а интенсиональное понимание пространства-времени он видоизменяет в учение о пространственном аспекте интенсивного и чистой форме времени. Методологический подход исследования базируется на последовательном применении взаимодополняющих методов: текстуального и концептуально-генетического анализа для выявления и прослеживания трансформации ключевых понятий Симондона в системе Делеза. Дополнительно используются компаративный анализ и философская герменевтика для выявления зон расхождения и интерпретации системных последствий выявленных заимствований. Такой синтетический подход позволяет не только констатировать влияние, но и раскрыть его творческий, конструктивный характер в становлении метафизики различия. Актуальность и новизна исследования определяются необходимостью преодоления упрощенного прочтения, влияния Симондона на постструктуралистскую мысль как одного из многих источников. В отличие от существующих подходов в данной статье рецепция осмысливается как системообразующий акт, в котором происходит не заимствование терминов, но онтологическое переоснащение всего делезовского проекта. Научная новизна заключается в последовательном выявлении трех уровней трансформации: 1) онтологического (обобщение доиндивидуального до виртуального как универсального принципа дифференциации); 2) методологического (превращение трансдукции в трансцендентальный эмпиризм и синтез времени); 3) пространственно-временного (переход от относительных параметров процесса к абсолютным условиям мыслимого как такового). Таким образом, статья вносит вклад в более глубокое понимание генеалогии ключевых концептов современной философии и открывает перспективы для их применения в областях спекулятивного реализма, философии техник и новых материализмов.

Статья посвящена исследованию глубинных онтологических связей между западным неопластицизмом Пита Мондриана и художественными практиками китайского модернизма XX века. Цель работы – выявить и проанализировать транскультурный диалог, выходящий за рамки формальных параллелей, через компаративное изучение творчества Мондриана и ключевых фигур китайского абстракционизма: У Гуаньчжуна, Дин И, Цзао Уцзи, Ли Хуашэна и Ван Гуанъи. Особое внимание уделяется категории «пустоты» (шуньята, сюй), которая рассматривается как узловая точка культурного трансфера, раскрывающая структурное единство западного и восточного подходов к выражению невыразимой первоосновы бытия. Впервые творчество Мондриана и китайских мастеров исследуется через призму диалектического синтеза их философских оснований – теософии, с одной стороны, и даосизма с чань-буддизмом – с другой. В основе работы лежит комплексный компаративный анализ, позволяющий сопоставить философско-эстетические основания творчества Мондриана и ключевых представителей китайского абстракционизма (У Гуаньчжуна, Дин И, Цзао Уцзи, Ли Хуашэна, Ван Гуанъи). Исследование построено на принципах междисциплинарного подхода, сочетающего методы искусствоведения, культурологии и философии. Впервые творчество Мондриана и китайских мастеров исследуется через призму диалектического синтеза их философских оснований – теософии, с одной стороны, и даосизма с чань-буддизмом – с другой. Результаты проведенного исследования показали, что рецепция неопластицизма в Китае была не простым заимствованием, а глубоким диалогом, в ходе которого произошла трансформация обеих традиций. Основной итог исследования позволяет утверждать, что китайские художники, переосмысливая формальный язык западной абстракции, актуализировали в нем архетипы собственной эстетики, что привело к формированию уникальных художественных систем. Выводы работы подтверждают, что транскультурный диалог, центрированный вокруг концепта пустоты, демонстрирует универсальность фундаментальных художественно-философских интуиций и раскрывает механизмы продуктивного культурного обмена в эпоху модернизма.